Антон Лубченко: моя подписка о невыезде не помешает союзу Приморского театра и Мариинки
То, что филиалу Мариинки во Владивостоке быть – дело уже решенное. Сейчас здесь даже выбирают название. Рабочие варианты: «Мариинский театр. Приморская сцена» и «Мариинский-4».
Владивосток, ИА Приморье24. В преддверии третьего сезона художественный руководитель театра оперы и балета Антон Лубченко рассказал журналистам о том, что даст театру слияние с Мариинкой.
Стать филиалом Мариинского театра здесь мечтают уже давно. По словам Антона Лубченко это позволит театру представить приморскому зрителю как можно больше ярких спектаклей. Дело в том, что сейчас театр финансируется за счет краевого бюджета. И если творчески труппа способна на многое, то дорогие декорации и костюмы для постановок зачастую не по карману.
«Всего за два года наш театр достиг такого уровня, который посчитали достойным, чтобы включить в состав лучшего театра страны. Кроме того, соединение с Мариинкой даст нам возможность финансироваться из федерального бюджета, что облегчит краевой бюджет примерно на 300 миллионов рублей в год», - прокомментировал Антон Лубченко.
То, что филиалу Мариинки во Владивостоке быть – дело уже решенное. Сейчас здесь даже выбирают название. Рабочие варианты: «Мариинский театр. Приморская сцена» и «Мариинский-4». Более того, уже в этом сезоне старший товарищ подарит приморским коллегам несколько своих постановок. В их числе и балет «Жизель». Это значит, что костюмы наших артистов будут точной копией петербургских.
Вопрос финансирования, между тем, для оперного театра стоит как никогда остро в связи с уголовным делом, которое заведено на худрука. Дело в том, что маэстро подозреваютзлоупотреблении должностными полномочиями. По информации Генпрокуратуры, в ходе надзорных мероприятий установлены факты неэффективного расходования бюджетных денег, а также выявлены случаи их использования в отсутствие законных оснований. Сейчас Антон Лубченко находится под подпиской о невыезде. Что, впрочем, не мешает ему исполнять рабочие обязанности в полной мере.
«Я езжу, у меня происходят мои гастроли и переговоры. Мы находим понимание со следственными органами. Они понимают, что театр не может из-за следствия законсервироваться и стоять на месте. Я являюсь полноправным руководителем театра. А значит, мне как-то надо осуществлять свою деятельность. Договариваемся. В любом случае это когда-нибудь разрешится. Моя позиция остается неизменной: мы не делали ничего неправомерного», - рассказал художественный руководитель русского оперного дома.
