«Ненужный - значит наш»

Уже в эту среду, 17 декабря, вы мсможете прочесть свежий выпуск народного еженедельника "Аргументы и факты - Приморье". А пока ИА П24 предлагает вашему вниманию статью из этой газеты - о том, как приморская семья с двумя родными детьми подарила мальчику-сироте надежду на полноценную жизнь.

1418715860_nadezhda-i-kolya-3.jpg

Светловолосый, голубоглазый, с хитринкой в глазах. Коле - два с половиной года, и на днях ему будут менять свидетельство о рождении. Главнейшие в жизни ребёнка графы - «мать» и «отец» - перестанут быть пустыми.

По решению суда, супруги Сергей и Надежда Ким признаются его законными родителями. Дети - восьмилетний Олег и шестилетняя Вероника станут родным братом и сестрой. За полгода Коля к новой семье привык, изменившись до неузнаваемости. А ещё недавно он находился в доме ребёнка посёлка Врангель. С обликом дикого волчонка. Никому не нужный.

Долиною теней

Предки Сергея Кима жили в Приморье до 30-х годов прошлого века, пока по указанию Сталина не депортировали тысячи россиян корейского происхождения в Казахстан. В 90-е многое вернулось на круги своя. В 17 лет юноша приехал с родителями в село Михайловку - на землю деда.

- Я всегда был крепким, жизнерадостным, занимался спортом, - рассказывает Сергей. - С другой стороны, что-то свыше заставляло меня искать смысл жизни, тянуться к лучшему. С глубоким внутренним обоснованием я пришёл к служению в протестантской церкви. Во время одного из богослужений познакомился с будущей женой. Потом у нас родилось двое детей. Я благодарил бога и был по-настоящему счастлив.

Однажды утром Сергей проснулся от нестерпимой головной боли и потерял сознание. В больнице Уссурийска его стали лечить от инсульта, но верного диагноза поставить не смогли. Тем временем, молодой мужчина явственно ощущал, как уходят силы, пропадают зрение и слух.

- Уже во Владивостоке на МРТ врачи обнаружили в головном мозге две аневризмы большого размера, - продолжает Сергей. - Сказали, медлить нельзя, нужно срочно что-то делать. В Москву, Петербург, тем более в Европу на операцию попасть было нереально. С помощью знакомого миссионера мы оказались в одной из клиник столицы Южной Кореи.

Двери открывались и снова закрывались. Лучшие врачи Сеула оперировать отказывались, риск был слишком велик. Уверяли, что ситуация запущенная, любое неправильное движение хирурга - и роковой ошибки не избежать. Посоветовали ехать домой и пожить на лекарствах, сколько получится.

- Мне было 30 лет, я и не думал подводить итоги жизни, - признаётся Сергей. - Конечно, я стал молиться, зная, что Бог меня не оставит.

На грани отчаяния Сергей вместе с женой Надеждой отправились на «неотложке» в клинику Чонана. Но и там врачи дали лишь 10% гарантии, что всё пройдет успешно. В 60% прогнозировали летальный исход. Супруги подписали документы о том, что в любом случае претензий иметь не будут. Чудесным образом всё обошлось. Нейрохирург Ким Ен Джун провёл операцию блестяще.

- Пока Сергей был в реанимации, я зашла в кабинет к доктору, - рассказывает жена Надежда. - Подняла глаза и увидела на стене фотографию нашей церкви в Михайловке. Выяснилось, что мой супруг и его спаситель были знакомы раньше. Ким Ен Джун приезжал в Приморье с организацией «Врачи без границ». Такому чудесному совпадению все были удивлены, даже растроганы. Через год Сергей окончательно встал на ноги.

Не повод для отказа

Всё происходит в тот момент, когда человек принимает решение. И тогда жизнь делится на «до» и «после». Сергей и раньше понимал, что заботиться о сиротах - божья воля. Но после операции задумался об этом всерьёз.

- Дело не в том, что люди злые или равнодушные, - рассуждает Сергей. - К примеру, большинство понимает, что дети в детских домах - это несправедливо. Но люди тут же находят оправдания, почему не нужно их брать домой. Потому что «родители - наркоманы, гены плохие, да и вообще от детей одни проблемы». После того, как я чудом выжил, переоценил многое. А когда на одном из семинаров услышал историю человека, усыновившего трёх детей, побежал окрылённый домой и с порога заявил жене: «Всё, Надя, мы берём ребёнка из детского дома».

- Не все окружающие восприняли наше стремление с пониманием, - добавляет Надежда. - Люди задавали странные вопросы: «А зачем вам чужой ребёнок, у вас же есть свои?», «Вы что, сами не можете родить?». У некоторых сложилось мнение, что мы либо блаженные, либо ненормальные. Мы с Сергеем прошли школу приёмных родителей, собрали документы на опекунство с последующим усыновлением. Оставалось самое сложное.

Судьба привела их в посёлок Врангель, в дом ребёнка, где живут дети с психоневрологическими отклонениями. Они поехали туда, зная, что у одного их мальчиков есть диагноз «расщелина твёрдого и мягкого нёба», в народе это называют «волчьей губой». Но диагноз не стал поводом для отказа. Сергей и Надежда долго общались с врачом и социальным педагогом. Потом появился он - светловолосый и голубоглазый, маленький и неуклюжий, малыш ковылял - еле-еле, тяжело переваливаясь.

- Врач нам тогда сказала: «Вы знаете, на самом деле он хороший ребёнок, и характером, и душой - только никому не нужный. За все эти два года его никто не пытался усыновить». Эти слова меня сразили. До этого в Находке мы хотели взять мальчика, но там он оказался нужным своей маме, хотя она и находилась в местах лишения свободы. А этот ребёнок - отказник с самого рождения. По дороге домой я сказал жене: «Если никому не нужный, значит - наш».

Несколько курьёзных моментов были связаны с азиатской внешностью приёмных родителей. Им говорили: «А у нас нет таких детей, как вы». На это Сергей тактично отвечал: «Что значит «как вы»? Разве никому не нужны мама и папа?»

Весь в нас

В апреле этого года Колю привезли во Владивосток, в уютную квартиру на Суханова. Дети - Вероника и Олег ждали маленького братика с нетерпением. Правда, его многому предстояло научить.

- В два с лишним года по развитию он заметно отставал от сверстников, - рассказывает Надежда. - По причине врождённого дефекта не мог говорить, произносить многих звуков. Ребёнок не знал, что такое ласка, доброта. Первые дни заметно отличался во дворе от своих сверстников. Но морально мы были готовы к нелёгкому периоду адаптации. Ведь по статистике, многих усыновленных детей возвращают назад в первый год.

- Всей семьёй мы учили Колю обниматься, - улыбается Сергей. - Закидывали руки друг на друга. Постепенно он перестал шарахаться от нас, окружающих людей. Стал привыкать к нормальному миру. Сегодня, когда мне говорят: «Не боитесь, что приёмный сын вырастет неблагодарным?», отвечаю, что теперь у моего ребёнка гораздо больше шансов вырасти хорошим человеком, чем раньше. Представляете, в каждом детском доме - примерно 120 детей. Одной семье всех забрать невозможно. Но ведь реально найти 120 семей.

В июне Колю успешно прооперировали. Дефект «волчьей губы» ушёл в прошлое, диагноз «стёрли» с лица. Мальчику восстановили мышцы, голосовые связки. Наконец, он смог сказать слово «мама».

- Врачи дают благоприятные прогнозы, - говорит Надежда. - Сейчас мы учимся говорить, и я верю, что с помощью логопедов наверстаем упущенное. Осенью пошли в ясельную группу детского сада. Сегодня Коля ведёт себя, как обычный ребёнок. Он радуется, капризничает, любит пошалить. Добрый, ласковый и очень отзывчивый - весь в нас. Он замечательно вписался в нашу семью.

К слову, мама Надежды - Вера Григорьевна Цой - светловолосая сибирячка с голубыми глазами. Когда гуляет с внуком, прохожие умиляются: «Ну как же похож на бабушку!».
Все новости
Другие материалы рубрики "В Приморье"
Clipboard03.jpg

Молодежь Владивостока: «Мы хотим бесплатные пляжи!»

О чем говорить с прокурором? Владивосток присоединился ко всероссийской акции. Жителям Приморской столицы помогал Сангаджи Тарбаев, в прошлом капитан команды КВН РУДН.

_DSC06784.jpg

Федор Емельяненко дал мастер-класс приморским бойцам и фанатам ММА

В пятницу вечером на "Фетисов-Арене" семь чемпионов России проведут бои против обладателей Кубка России (ФОТО)