«Ненужный - значит наш»

Уже в эту среду, 17 декабря, вы мсможете прочесть свежий выпуск народного еженедельника "Аргументы и факты - Приморье". А пока ИА П24 предлагает вашему вниманию статью из этой газеты - о том, как приморская семья с двумя родными детьми подарила мальчику-сироте надежду на полноценную жизнь.

1418715860_nadezhda-i-kolya-3.jpg

Светловолосый, голубоглазый, с хитринкой в глазах. Коле - два с половиной года, и на днях ему будут менять свидетельство о рождении. Главнейшие в жизни ребёнка графы - «мать» и «отец» - перестанут быть пустыми.

По решению суда, супруги Сергей и Надежда Ким признаются его законными родителями. Дети - восьмилетний Олег и шестилетняя Вероника станут родным братом и сестрой. За полгода Коля к новой семье привык, изменившись до неузнаваемости. А ещё недавно он находился в доме ребёнка посёлка Врангель. С обликом дикого волчонка. Никому не нужный.

Долиною теней

Предки Сергея Кима жили в Приморье до 30-х годов прошлого века, пока по указанию Сталина не депортировали тысячи россиян корейского происхождения в Казахстан. В 90-е многое вернулось на круги своя. В 17 лет юноша приехал с родителями в село Михайловку - на землю деда.

- Я всегда был крепким, жизнерадостным, занимался спортом, - рассказывает Сергей. - С другой стороны, что-то свыше заставляло меня искать смысл жизни, тянуться к лучшему. С глубоким внутренним обоснованием я пришёл к служению в протестантской церкви. Во время одного из богослужений познакомился с будущей женой. Потом у нас родилось двое детей. Я благодарил бога и был по-настоящему счастлив.

Однажды утром Сергей проснулся от нестерпимой головной боли и потерял сознание. В больнице Уссурийска его стали лечить от инсульта, но верного диагноза поставить не смогли. Тем временем, молодой мужчина явственно ощущал, как уходят силы, пропадают зрение и слух.

- Уже во Владивостоке на МРТ врачи обнаружили в головном мозге две аневризмы большого размера, - продолжает Сергей. - Сказали, медлить нельзя, нужно срочно что-то делать. В Москву, Петербург, тем более в Европу на операцию попасть было нереально. С помощью знакомого миссионера мы оказались в одной из клиник столицы Южной Кореи.

Двери открывались и снова закрывались. Лучшие врачи Сеула оперировать отказывались, риск был слишком велик. Уверяли, что ситуация запущенная, любое неправильное движение хирурга - и роковой ошибки не избежать. Посоветовали ехать домой и пожить на лекарствах, сколько получится.

- Мне было 30 лет, я и не думал подводить итоги жизни, - признаётся Сергей. - Конечно, я стал молиться, зная, что Бог меня не оставит.

На грани отчаяния Сергей вместе с женой Надеждой отправились на «неотложке» в клинику Чонана. Но и там врачи дали лишь 10% гарантии, что всё пройдет успешно. В 60% прогнозировали летальный исход. Супруги подписали документы о том, что в любом случае претензий иметь не будут. Чудесным образом всё обошлось. Нейрохирург Ким Ен Джун провёл операцию блестяще.

- Пока Сергей был в реанимации, я зашла в кабинет к доктору, - рассказывает жена Надежда. - Подняла глаза и увидела на стене фотографию нашей церкви в Михайловке. Выяснилось, что мой супруг и его спаситель были знакомы раньше. Ким Ен Джун приезжал в Приморье с организацией «Врачи без границ». Такому чудесному совпадению все были удивлены, даже растроганы. Через год Сергей окончательно встал на ноги.

Не повод для отказа

Всё происходит в тот момент, когда человек принимает решение. И тогда жизнь делится на «до» и «после». Сергей и раньше понимал, что заботиться о сиротах - божья воля. Но после операции задумался об этом всерьёз.

- Дело не в том, что люди злые или равнодушные, - рассуждает Сергей. - К примеру, большинство понимает, что дети в детских домах - это несправедливо. Но люди тут же находят оправдания, почему не нужно их брать домой. Потому что «родители - наркоманы, гены плохие, да и вообще от детей одни проблемы». После того, как я чудом выжил, переоценил многое. А когда на одном из семинаров услышал историю человека, усыновившего трёх детей, побежал окрылённый домой и с порога заявил жене: «Всё, Надя, мы берём ребёнка из детского дома».

- Не все окружающие восприняли наше стремление с пониманием, - добавляет Надежда. - Люди задавали странные вопросы: «А зачем вам чужой ребёнок, у вас же есть свои?», «Вы что, сами не можете родить?». У некоторых сложилось мнение, что мы либо блаженные, либо ненормальные. Мы с Сергеем прошли школу приёмных родителей, собрали документы на опекунство с последующим усыновлением. Оставалось самое сложное.

Судьба привела их в посёлок Врангель, в дом ребёнка, где живут дети с психоневрологическими отклонениями. Они поехали туда, зная, что у одного их мальчиков есть диагноз «расщелина твёрдого и мягкого нёба», в народе это называют «волчьей губой». Но диагноз не стал поводом для отказа. Сергей и Надежда долго общались с врачом и социальным педагогом. Потом появился он - светловолосый и голубоглазый, маленький и неуклюжий, малыш ковылял - еле-еле, тяжело переваливаясь.

- Врач нам тогда сказала: «Вы знаете, на самом деле он хороший ребёнок, и характером, и душой - только никому не нужный. За все эти два года его никто не пытался усыновить». Эти слова меня сразили. До этого в Находке мы хотели взять мальчика, но там он оказался нужным своей маме, хотя она и находилась в местах лишения свободы. А этот ребёнок - отказник с самого рождения. По дороге домой я сказал жене: «Если никому не нужный, значит - наш».

Несколько курьёзных моментов были связаны с азиатской внешностью приёмных родителей. Им говорили: «А у нас нет таких детей, как вы». На это Сергей тактично отвечал: «Что значит «как вы»? Разве никому не нужны мама и папа?»

Весь в нас

В апреле этого года Колю привезли во Владивосток, в уютную квартиру на Суханова. Дети - Вероника и Олег ждали маленького братика с нетерпением. Правда, его многому предстояло научить.

- В два с лишним года по развитию он заметно отставал от сверстников, - рассказывает Надежда. - По причине врождённого дефекта не мог говорить, произносить многих звуков. Ребёнок не знал, что такое ласка, доброта. Первые дни заметно отличался во дворе от своих сверстников. Но морально мы были готовы к нелёгкому периоду адаптации. Ведь по статистике, многих усыновленных детей возвращают назад в первый год.

- Всей семьёй мы учили Колю обниматься, - улыбается Сергей. - Закидывали руки друг на друга. Постепенно он перестал шарахаться от нас, окружающих людей. Стал привыкать к нормальному миру. Сегодня, когда мне говорят: «Не боитесь, что приёмный сын вырастет неблагодарным?», отвечаю, что теперь у моего ребёнка гораздо больше шансов вырасти хорошим человеком, чем раньше. Представляете, в каждом детском доме - примерно 120 детей. Одной семье всех забрать невозможно. Но ведь реально найти 120 семей.

В июне Колю успешно прооперировали. Дефект «волчьей губы» ушёл в прошлое, диагноз «стёрли» с лица. Мальчику восстановили мышцы, голосовые связки. Наконец, он смог сказать слово «мама».

- Врачи дают благоприятные прогнозы, - говорит Надежда. - Сейчас мы учимся говорить, и я верю, что с помощью логопедов наверстаем упущенное. Осенью пошли в ясельную группу детского сада. Сегодня Коля ведёт себя, как обычный ребёнок. Он радуется, капризничает, любит пошалить. Добрый, ласковый и очень отзывчивый - весь в нас. Он замечательно вписался в нашу семью.

К слову, мама Надежды - Вера Григорьевна Цой - светловолосая сибирячка с голубыми глазами. Когда гуляет с внуком, прохожие умиляются: «Ну как же похож на бабушку!».
Другие материалы рубрики "В Приморье"

Теперь местные органы власти могут снести незаконный самострой любой давности

Когда органы местного самоуправления получили это право, они могли пользоваться им в отношении самостроев, построенных после 1 сентября 2015-ого

Воспитанники НВК посетили кинотеатр.jpg

Осужденным подросткам Приморья организовали культурный выход

Их сводили на «богатырей»

planting-cannabis-seeds-in-soil-28.jpg

Житель Приморья выращивал кусты конопли вместе с помидорами

42-летний мужчина выращивал наркотикосодержащее растение на приусадебном участке