"Соломенные псы": костер тщеславия

Кинообозреватель ИА "Приморье24" по достоинству оценил ремейк классического фильма Сэма Пекинпы и нашел в нем принципиальное отличие от оригинала.

kb1321596145.jpg
Режиссер - Род ЛуриВ ролях - Джеймс Марсден, Кейт БосуортСюжет: Лос-анджелесский сценарист вместе с женой переезжает на Юг, где и без того трещащий по швам брак становится причиной форменной катастрофы - селяне третируют новичков, провоцируя насилие.                                                        ***Вписанные золотыми буквами в историю бунтующего, сохраняющего надежду на нонконформизм Голливуда 70-х, "Соломенные псы" Сэма Пекинпы через 40 лет после выхода оказались востребованы современным кинематографом. Переложение на современный лад притчи о перерождении человека через насилие и жестоко сломанные социальные устои, выполненное кинокритиком Родом Лури, втиснуто в контекст кровавого хоррор-балагана теперь уже полностью конформистской системы. Существенно не меняя заданных параметров (разве только слегка исправив образ главного героя – математик Дэвид стал голливудским сценаристом, а английская глубинка сменила прописку на американскую), Лури последовательно прошелся по ключевым моментам оригинала.Погрузив своих героев в пространство, где ход времени максимально приглушен, а общество растворяет в себе индивидуальность куда быстрее, чем мегаполис, режиссер однозначно не прогадал. Дебри Миссисипи, населенные реднеками, пусть и не заменили до конца почти фантасмагорическую Англию, но со своей задачей справились. Община маленького городка - как смертоносный саморегулирующийся механизм Осиной фабрики, вырвавшись из которого лучше не возвращаться, напоминает о лучших романах Стивена Кинга, когда зло дремлет именно в таких малоприметных местах. Мимолетно залетевшая в родные края и притащившая туда мужа, Эми совершает главную ошибку. Она забывает прописную истину, которую сразу понимает мистер Самнер – "С волками жить - по-волчьи выть". Можно забыть о своей сущности, но не стоит упускать из виду тот факт, что о ней не забыли те, среди кого ты снова танцуешь. Американская глубинка с ее анахронизмами пропитана истовой религиозностью, парами алкоголя и животной агрессией, которая при случае переполняет человека и как взболтанное пиво пенится из резко открытой бутылки. Для Лури провокация, послужившая точкой отсчета кровавой бани, скрывается именно в этой мимолетной глупости, демонстрации истинной принадлежности, которую не замажешь даже жизнью в большом городе.Однако для режиссера главное лакомство кроется именно в смаковании мяса с кровью, нежели в пробуждающемся от летаргического сна главном герое, как это было у Пекинпы. Дэвид творит кровавое правосудие, чтобы показаться мужиком, стараясь не изменять заданным условиям игры – если мальчишки используют запрещенные приемы, значит, и мне можно. Камеру вообще интересуют только либо смачно хрустящие черепа и ошметки мяса, либо накачанный торс бывшего возлюбленного Эми – героя Александра Скарсгаарда. Если Пекинпа плескал насилие в лицо зрителю, оглушая последнего его сакральностью и неожиданностью, то Лури демонстрирует насилие десакрализированное, практически пресное, своей безыскусной обыденностью и ненужной детализацией пресытившее искушенную публику. Для Дэвида-2011 насилие и его эскалация - нечто вроде подвига в Сталинградской битве, чей сценарий он так охотно переписывает, слушая классическую музыку. Его мироощущение базируется на том, что бесполезность людского материала резонирует, исходя из его среды обитания и бесцельности существования, укрепленного в однообразности бытия. Однако straw dogs, запаленные Пекинпой, сгорали все скопом дотла вместе с этикеткой. "Zed is dead, baby, Zed is dead"."Соломенные псы" образца 2011 года вообще мало чем отличаются от череды блеклых хорроров на тему столкновений разных миров – обитатели которых, как правило, лишь на первый взгляд отличаются друг от друга внешней кротостью, трусливой общей моралью и брутальной правдой жизни. Потерянный герой Дастина Хоффмана не знал, что делать с новообретенной звериной сущностью, о которой ранее напоминала лишь математическая одержимость, граничащая с аутизмом. Он полностью утратил иллюзию выражения "мой дом – моя крепость", начиная постепенное движение в никуда. Герой Марсдена, устроивший кровавые разборки своим обидчикам, даже в состоянии сильнейшего шока, вряд ли думает о разрушенности своего уютного мирка, больше беспокоясь, как объясняться с представителями полиции, у которых наверняка будет пара вопросов о том, что произошло в полыхающем доме с пятью трупами. Впрочем, у голливудских сценаристов, наверняка, хорошие адвокаты.
Все новости
Другие материалы рубрики "Интервью"
58657350.jpg

Замдиректора «Луч-Энергии» подвел итоги первой части первенства ФНЛ

В зимний период, по словам специалиста, команду ждут традиционные сборы

10811009-861851.jpg

Трагедия, изменившая и объединившая мир

1 декабря в прокат выйдет фильм-катастрофа Сарика Андерсяна «Землетрясение»

tkra.JPG

Монтаж главной новогодней ёлки начался во Владивостоке

28-метровая конструкция, украшенная шарами и гирляндами, предстанет во всей красе уже к середине декабря