«Мыс Гамова» - глава седьмая

ИА «Приморье24» продолжает публиковать главы из пророческой книги писателя Юрия Шарапова «Мыс Гамова». Автор еще 6 лет назад предсказал нападение акул на приморцев.

f1314003176.jpg

 «Мыс Гамова» - книга, в которой было предсказано нападение акул на приморцев

Обсудить книгу и оставить свои пожелания можно в комментариях. Приятного прочтения!

                                                            ГЛАВА 7

Ночь, морось, туман. Ветер, налетая со стороны открытого моря короткими, злыми порывами, сдувает с волн мелкую водяную пыль.

Урча, из пропитанной влагой мглы выползает моторная лодка. В ней, сгорбившись, сидят четверо. У троих на ногах ласты, на спине – баллоны от аквалангов. Четвертый,  в резиновом плаще, управляет лодкой. Катер идёт зигзагами, ища в тумане определённую точку. При очередной смене галса в руках у рулевого начинает мигать зеленым экраном пластмассовая коробочка - спутниковый навигатор GPS. Лодка тут же сбрасывает обороты и останавливается.

- Пошел! – хлопает мужик в плаще по плечу одного из водолазов. – Когда закончишь, всплыви и болтайся у поверхности. Только веди себя тихо, не шуми. Остальных сброшу, потом  тебя подберу.

Водолаз, кивнув, вставляет в рот загубник и, перекинувшись через борт, спиной вперед прыгает в воду.

Лодка, рыкнув мотором, тут же отъезжает.

- Пустыми не возвращайтесь, – повернувшись к остальным, предупреждает мужик, в котором по голосу можно узнать Семена. – Я за сегодняшнюю вылазку инспекторам сто баксов заплатил.

Лодка, ориентируясь по известным только рулевому приметам, останавливается на новом месте. Следующий водолаз, взметнув кучу брызг, уходит под воду.

Через минуту, на глубине примерно двадцати метров, возникает пятно света. Перемещаясь по кругу, водолаз, вращая во все стороны фонарем, медленно движется возле дна. Вдруг это зыбко дрожащее пятно накрывает черная тень. Фонарь под водой некоторое время равномерно чертит круг за кругом, потом останавливается и начинает резко дергаться. Помигав несколько секунд, свет внезапно гаснет.

Проходит час. Снова урчит мотор лодки. Кажется, что звук его доносится со всех сторон: таково свойство насыщенного влагой воздуха. Наконец, судёнышко появляется из темноты, кружит на одном месте, затем снова уходит во мглу. С моря налетает порыв ветра. Начинает накрапывать дождь. Ходовые огни проходящего возле островов парохода то появляются,  то исчезают в пелене тумана. Там, где, кружа вокруг одной точки, только что тарахтела мотором лодка, в темноте вдруг раздается сильный всплеск.

Раннее утро. Дюралевый, изрядно помятый катер с двумя аквалангистами на борту и хмурым мужиком в резиновом плаще, причаливает к берегу. Судно то ли из экономии, а может, с целью маскировки выкрашено серой шаровой краской. Сзади, чтобы легче было поднимать водолазов, - опускающийся мостик. На корме, укрепленной кронштейном, установлен мощный, рассчитанный на гораздо более крупное судно, подвесной японский мотор. Это классический браконьерский катер, основной рабочий инструмент местных жителей, промышляющих «на пропитание» в море: может, и неказистое, но надёжное и быстроходное судно, способное без труда оторваться от лодок инспекторов.

Среди прибрежных дубков, укрытый маскировочной сетью, браконьеров ждет микроавтобус: кургузая, с горбатой «ноздрей» воздухозаборника на носу, «Мицубиси Делика».

- Как у вас сегодня? – выскочив из машины, жмет руку Семену высокий, родом явно с Кавказа, молодой мужчина в нейлоновой, с многочисленными карманами, куртке.

- Нормально. Килограмм под сто насобирали. Только у нас проблема случилась, человек исчез. Видно, под водой заблудился.

Один из водолазов, стоя по колено в пене прибоя, держит лодку; второй выбрасывает на берег несколько мешков, набитых трепангом. Как только груз оказывается на берегу, он выскакивает из катера, хватает мешки и тащит их к машине. В салоне «Делики» привинчены к полу большие рычажные весы.

Развязав капроновый шнур, которым стянуто горло мешка, мужик высыпает добычу в пластмассовый чан. Некоторые голотурии еще шевелятся, но, судя по количеству песка и слизи, что обволакивает плавающие в чане бурые комки, большинство из них или мертвы, или уже умирают.

Трепанг перед тем, как перестать сопротивляться не способствующим продолжению жизни обстоятельствам, выплевывает наружу содержимое желудка. Плавающие в жиже, что извергла из себя голотурия, колбаски из песка – верный признак того, что подводный огурец находится на грани смерти.

- Что будешь с водолазом делать? – спрашивает мужчина в нейлоновой куртке, не отрывая глаз от шкалы весов. - Как его искать?

- Да никак… - машет рукой рулевой. – Сам как-нибудь найдётся. Он новенький, откуда-то из Уссурийска. Ни паспорта, ни родни. Всего неделю назад к нам приблудился. Моря не знает, направление потерял и угреб не в ту сторону. Скорей всего в скалах где-то прячется. Да ты не волнуйся, Зураб, - успокаивает он кавказца. – Первый раз, что ли. К обеду придет. Потом съездим, обмундирование заберем. Вот если он в открытое море уплыл, тогда все, пиши, пропало. Бича не жалко, а вот снаряжение… - чешет подбородок Семен. - Сколько там получилось?

- Семьдесят восемь, – стрельнув глазом в блокнот, отвечает мужчина в нейлоновой куртке. – Можешь проверить.

- Я думал, больше! – вздыхает бригадир. – Ладно, Зураб, верю, - даже не взглянув на весы, лишь искоса посмотрев на партнера по бизнесу, соглашается он. – Только деньги давай сразу, я этим, - кивает он в сторону лодки, - из своего кармана платить не собираюсь.

Получив расчет, Семен жмет кавказцу руку и чуть ни не бегом идет к лодке. Один из аквалангистов, зайдя по колено в воду, сталкивает катер с песка и тот, взвыв мотором, уносится прочь. Микроавтобус, буксуя в рыхлом песке, тоже уезжает.

Полный штиль. Слышно пение цикад и кваканье лягушек. Недалеко от берега качается на волнах лодка с инспекторами. Море, озаренное едва начавшей всходить луной, напоминает огромную чашу, залитую расплавленным серебром.

- Ну и как? Случилось тут что-нибудь, пока я в город ездил? – спрашивает Трофимыч, наливая в кружку чай из помятого металлического термоса.

- Я думал, пока ты отчеты сдавал, тебе все новости рассказали, - улыбается Саня.

- Какие там новости? - плюет за борт Трофимыч. –  Что топлива нет? Как хотите, говорят, так и выкручивайтесь. Это как, простите? Мы что, у браконьеров бензин должны взаймы просить? И зарплату опять задерживают.

- Ну, это, и впрямь, не новости, - ухмыляется напарник. – А вот у нас тут действительно события происходят. - Помнишь, ты говорил, водолаз пропал. Так вот, не пропал он.

- Это как? – старший инспектор ставит термос на банку.

- А так. Трупик вчера нашли. Тут, недалеко.

- И что? – Трофимыч явно заинтригован.

-А ничего. Трупик как трупик. Обглоданный, правда, весь. Но - при полном параде, в гидрокостюме, с аквалангом, и мешок с трепангом к поясу привязан. Что называется, улики налицо. Хотя лицо как раз и нет. И верхняя часть черепа тоже отсутствует. Типичный представитель местной подводной фауны – браконьер.

-Утонул, что ли?

-Ага! – смеется Саня. Чувствуется, что рассказывать эту историю свежему человеку для него истинное удовольствие. – Купался в море, обнаружил кучу трепангов, и захлебнулся от радости. При этом ухитрился получить два огнестрельных ранения. Сначала в спину, а потом еще и в голову его кто-то картечью шарахнул.

- Да… - крутит головой Трофимыч. – Дела. Такого тут раньше не было.

- Раньше много чего не было, - улыбается, довольный произведенным эффектом, Саня. - А теперь есть.

- Ну и чей труп-то?

- Сначала не могли определить. Он не один день в траве у берега провалялся. Да еще по такой жаре – это не шутки. И паспорта у него в трусах, естественно, не оказалось. Но потом опознали. Бич один у Семена в бригаде был прописан. Мы его как-то задерживали. Ну, помнишь, - ухмыляется Саня,  поглаживая свой, размером с литровую банку, кулак, – голос у него сиплый, как будто он сифилисом болеет. Мне еще пытался угрожать Пришлось его стукнуть пару раз. Потом Зурабка приехал, похлопотал, мы его так, без протокола отпустили.

- А! Помню, - ежится Трофимыч. - Чего доброго, эти отморозки и по нам скоро стрелять начнут.

- Пусть попробуют, - скалится Саня. – Нам тогда тоже оружие разрешат применять. Хоть браконы бояться будут. А то пуляешь в них из ракетницы, а им – хоть бы хны.

- Ну и кто его грохнул? - чуть помолчав, спрашивает пожилой инспектор. – Как сам думаешь? Свои?

- Это вряд ли. Свои ему акваланг в качестве обмундирования для путешествия на тот свет вряд ли бы выдали. Они бы его в лесу где-нибудь в овраге закопали, чтоб концы спрятать. Это его кто-то из «кровных друзей» подстерег.

- А милиция что думает? – интересуется Трофимыч.

- Милиция, как ты знаешь, у нас никогда не думает, - улыбается такому наивному вопросу Саня. – И тем более – не докладывает. Говорят, ищут. Кого-то арестовали. А толку? Так, сведений подсобрать под предлогом, что убийство расследуют. Потом все равно отпустить придется. Улик-то нет. Крабы да улитки его так обкорнали, что на теле никаких следов не осталось. А приятели его вряд ли чего полезного властям скажут, у них в таких случаях принято самостоятельно вопросы решать.

- Значит, у браконьеров опять война началась, - переварив полученную информацию, делает вывод Трофимыч. - Как думаешь, еще трупы будут?

- Наверняка! А ты чего переживаешь? Пусть они друг друга бьют, нам жить спокойнее. Долго еще будем здесь болтаться? -  смотрит Саня на часы.

- Вроде тихо.

- Вот видишь. А ты говоришь – плохо. У них вендетта, не до трепанга им. А мы пока давай сами поныряем. Саиду ведь без разницы, кому платить. Тут, недалеко хороший участок есть, пора там урожай собрать…

По сообщению Приморской транспортной прокуратуры 11.07 в пос. Краскино неустановленное лицо  незаконно реализовало трепанг в кол-ве 119 кг. гражданину КНР Кинь Хунь Циню. Обстоятельства уточняются.

                                                                     Рапорт ОБЭП Хасанского РОВД

Восьмая глава - здесь.

Другие материалы рубрики "В Приморье"

Приморские наркополицейские к 25-летию службы изъяли 1,5 тонны наркотиков

Сегодня подразделения по контролю за оборотом наркотиков системы МВД России отмечают 25 лет со дня образования службы