"Мыс Гамова" - глава пятнадцатая

ИА "Приморье24" продолжает публиковать главы из пророческой книги писателя Юрия Шарапова "Мыс Гамова". Автор еще 6 лет назад предсказал нападение акул на приморцев.

f1314350586.jpg

"Мыс Гамова" - книга, в которой было предсказано нападение акул на приморцев

Обсудить книгу и оставить свои пожелания можно в комментариях. Приятного прочтения!

                                                  ГЛАВА 15

Поселок Максимовка, уперев кривые палисадники в галечный пляж, стоит на берегу бухты Витязь. Вечер. Середина сентября. С моря дует холодный ветер, носит вдоль улицы дубовые листья. Сегодня суббота, но обстановка в поселке далеко не праздничная. Несколько мужиков, шатаясь, бродят туда-сюда, время от времени заглядывая в магазин в надежде встретить там какого-нибудь из знакомых и уговорить его «сообразить на троих». Но надежда эта, как понимают почти все, призрачна: за трепангом вторую неделю никто в море не выходит, и в карманах обитателей поселка ощущается острая нехватка наличности. Есть от чего прийти в отчаяние человеку, живущему в этом глухом, забытом Богом углу.

Лишь возле освещенной фонарями центральной площади, куда сходятся разбегающиеся в разные стороны улочки, весело и оживленно - тут гуляет местная молодежь. Нет работы, нет денег, но… хочется, чтобы был  праздник. Хоть какой: с пьянкой, с драками, с мыслью о том, что дома хоть шаром покати, но… все равно праздник нужен.

Все, что необходимо для поднятия тонуса уже функционирует: в большом, выкрашенном серой краской сельском клубе гремит музыка, мигают разноцветные фонари. Выражения лиц у тех, кто находится в помещении, почти одинаковы, что и неудивительно: и дамы, и кавалеры уже изрядно навеселе. Девушки, все, как одна, одеты в плотно обтягивающие, спущенные чуть ли не до середины ягодиц, джинсы. Они пока держатся особняком и не танцуют. Парни, толпясь по углам, громко хохочут и матерятся. Иногда все смешиваются в общую кучу, горячо обсуждают что-то, но затем вновь расходятся по отдельным компаниям и делают вид, что заняты только собой и своими делами.

- Что-то тут никто не весел! – провозглашает с эстрады наголо бритый, одетый в ярко-красные штаны и белую майку с изображением пятнистой кошки, прыщавый парень. – На забор свой член повесил. Ну-ка, парни, танцевать! - машет он рукой мужской половине зала. – Быстро! - поворачивается в сторону девушек, - Попками вилять!

Появление местного массовика-затейника приветствуется громким матом и криками «Йие-эх!» и «Ва-у-у!» Раздаются комментарии: «Перец, сам жопой виляй! Слава, хватит базлать, давай частушки!» Подражая Еминему, Слава начинает в такт музыке речитативом произносить сложенные в незатейливые поэтические конструкции слова. Творчество ди-джея всячески приветствуется: любая фраза, которую он выкрикивает в микрофон срывающимся на мальчишеский фальцет голосом, вызывает в зале приступы истеричного смеха. Смысл примитивных стишков, что орет со сцены Перец, для собравшейся в зале молодежи не важен: лишь бы в рифму да позабористей, и так, чтоб в тексте хоть раз прозвучал какой-нибудь разудалый мат.

Попрыгав по сцене, Слава поворачивается к залу тощей спиной и, размахивая майкой, на которой большими буквами с одной стороны написано «Спаси», а с другой – красными, похожими на подтеки крови, кляксами – «Убей леопарда», уходит за кулисы, где в закутке спрятан диджейский пульт. Воздух сотрясает пульсирующий ритм, в такт ему мигают с потолка зеленые и фиолетовые фонари. С воплями «Зажигай!» молодежь, сойдясь в круг, начинает исступленно, словно дикари в пещере после удачной охоты, плясать.

У каждого, кто находится в зале, поблескивает в руках бутылка пива: «Балтика № 9» или «Охота крепкое». Местное население давно обнаружило, что пара литров этого разбодяженного спиртом и содой напитка эквивалентна бутылке водки. А если и такой дозы мало, можно добавить в промежутке между глотками стаканчик настоящей «беленькой», и получившийся «ерш» свалит кого угодно, хоть слона.  

В самый разгар веселья в клубе вспыхивает драка. Местный парень, из тех, про которых говорят, «как кирпич: семь на восемь, восемь на семь», обидевшись, что его толкнули, сцепился с двумя солдатами из соседней части. Один из защитников родины, тощий и ушастый, тот, что случайно задел местного «героя», с разбитой в кровь физиономией уже сидит на полу, беспомощно шаря вокруг себя руками. Его напарник, под два метра ростом, приняв боксерскую стойку, ловко обороняется. Сделав ложный выпад, он неожиданно пинает крутого ногой в живот. Охнув, тот сгибается, и в ту же секунду рядовой, сократив дистанцию, коленкой бьет противника по лицу. Раздается хруст сломанного носа, и местный, как сноп, валится на пол. Солдат, не давая ему встать, добивает поверженного врага ударом сапога.

Вокруг дерущихся собирается остальная молодежь. Местные болеют за своего, и, как только «авторитет», получив каблуком в висок, прекращает сопротивление, несколько парней со всех сторон бросаются на солдата. Он нокаутирует одного, валит с ног второго, но быстро убеждается, что одними кулаками ему с таким количеством нападающих не справиться. Парень срывает с себя ремень и, размахивая пряжкой, как пращой, рассекает висок еще одному из атакующих. Однако поговорка «Один в поле не воин» придумана не зря: спустя минуту солдата общими усилиями валят на пол и начинают ожесточенно пинать. Тут в драку внезапно вмешивается второй солдат, про которого в суматохе все забыли. Выломав перекладину из стоящей в углу скамейки, он с криком «Убью!» бросается на помощь товарищу и начинает дубасить противников своей импровизированной дубиной.

Девушки, которые уже привыкли к подобным зрелищам, не выдерживают и начинают визжать. Раздаются вопли: «Хватит! Прекращайте! Дайте потанцевать!» Солдаты, прижавшись к стене, держат глухую оборону. Тощий размахивает обломком перекладины, а его приятель тычет во все стороны кулаками, норовя попасть кому-нибудь в челюсть.  Про зачинщика драки, у которого из носа ручьем хлещет кровь, в суматохе все забыли. Запрокинув голову, тот сидит в углу, прижимая к лицу носовой платок, весь пропитанный красными пятнами. Солдаты, отбиваясь от наседающих противников, наконец пробираются к двери и выбегают из зала. Вслед за ними выскакивают несколько человек: у одного из них в руках бейсбольная бита, у второго хищно посверкивает узким лезвием финский нож.

Никто не танцует, но музыка продолжает играть. Вопли «Отпетых мошенников»: «Это наша тема, наша река!» звучат, как издевательский гимн над пустынным побережьем мыса Гамова, заглушая шум набегающих на берег волн.

Драка закончилась, и пока где-то за дверью клуба выясняют отношения с заглянувшими «на огонек» чужаками, из сумок, что стоят по углам зала, вновь достают бутылки. На скамейке неподалеку от сцены, никак не реагируя на то, что происходит в зале, сидит парень, около которого плавала утром акула. Глаза его по-прежнему смотрят в одну точку, в них застыло то же самое выражение, с которым он вылез на рассвете из воды.

- Сань, ты чо? – подсаживается к нему один из приятелей. – Иди потанцуй! Сегодня Светка только из-за тебя сюда пришла, мне Галка, ее подружка, сказала.

Парень кивает и вновь опускает голову вниз. Убедившись, что товарищ на его предложение не реагирует, приятель пожимает плечами и уходит.

- Технический пе-й-рерыв! – доносится подвывание из динамиков.

Перец высунувшись из-за кулис, показывает, как наливают из бутылки в стакан, и скрывается в кабинке ди-джея. Как только музыка замолкает, гул толпы заполняет пространство. Слов не разберешь, слышны лишь отдельные выкрики, свист и мат.

К Сане подходят друзья. Ему протягивают бутылку пива, он хватает ее и, продолжая смотреть в одну точку, жадно высасывает содержимое. Кажется, что он не только не слышит, что ему говорят, но и не видит ничего вокруг себя.

- Он что, обдолбанный? – спрашивает один из приятелей. – Я его вообще не узнаю.

- Да вроде нет! – отвечает, заглянув в лицо Сане, другой. - Зрачки нормальные.

- Он с утра такой, - вмешивается в их беседу третий. – С тех пор, как с промысла вернулся. Говорит, акулу видел.

- Да ну! – всем становится интересно. – Правда, Сань?

Тот поднимает голову и кивает.

- Видел, - голос у него хриплый, словно он обжег горло кислотой. – Она возле меня плавала.

Как только парень начинает говорить, становится ясно, что он сильно пьян.

- Да ну! Чо гонишь! Где нырял?

- Возле мыса Льва, - отвечает вяло Саня. Такое впечатление, что реакция друзей его совершенно не интересует.

- Мы там были на прошлой неделе, - смотрит на Саню маленький парень с кривыми, черными от постоянного курения, зубами. - Там же нет ни хрена. Семен и его ребята все выскребли.

- Есть, - возражает Саня. – Дальше, под скалой. Я целый мешок набрал.

- Бабло есть? - трёт пальцы, показывая интернациональным жестом деньги, приятель. – Тогда гуляем!

- Я бросил всё под водой. Там килограммов, наверное, тридцать было.

- Ты что, дурак? – наклоняются к нему друзья.

- Я же говорю, акула! – Саня, наконец, поворачивается к приятелям. Лицо у него белое. - Она… огромная.

- Гонит он! – перебивает его сосед. – Сань, ты что? Да, дела… - качает он головой.

В динамиках раздается свист микрофона, затем пьяный, едва выговаривающий звуки голос объявляет:

- Пей-ее-рыв йокончен!

Взвизгивают, вибрируя от перегруженного искажениями сигнала, динамики, и помещение заполняют звуки очередного хита.

В этот момент дверь в зал распахивается и, мотая длинными, как у гориллы, руками, в проеме возникает квадратный детина. Присутствующие тут же расступаются.

- Сам Паша Живодер на танцы пожаловал! - толкает Саню в бок один из приятелей. – Теперь тушите свет! Будет сегодня потеха!

Пройдя в центр зала, детина становится на середину круга и начинает, перепрыгивая с ноги на ногу, танцевать. Плясать он  не умеет, да и, похоже, вообще о том, что такое танец не имеет ни малейшего представления, но это отнюдь не мешает ему веселиться от души. Реакция окружающих на его судорожные телодвижения, Живодера также не волнует. Заметив перемены в зале, Перец, выкрикнув пару непристойных частушек, меняет музыку. Из вспучившихся от избытка энергии колонок в такт ударам барабана начинает ритмично грохотать катящимися по металлическому желобу чугунными ядрами «Рамштейн». Пол в зале содрогается от дружного топота, с потолка сыпется штукатурка. Это еще больше распаляет творческие инстинкты у прыгающего в центре зала Паши. Он срывает с себя рубашку и, помотав ею над головой, запускает в толпу. Туда же летят брюки, потом кроссовки. Наконец, детина остается лишь в полосатых, с дырками на пятках носках и узких, обтягивающих его выпуклые ягодицы, плавках. То ли из-за чрезмерной дозы принятого на грудь спиртного, то ли от переполняющего его веселья, а, скорее всего, от того и другого вместе, его вдруг начинает трясти. Закатив глаза, он останавливается и принимается вращать руками, отчего становится похож на живую мельницу. Со стороны кажется, что у него приступ эпилепсии.

- Да, дела, - хмыкает приятель Сани. - По программе сегодня у нас мужской стриптиз. – Слышь! - тормошит он товарища. – Пора линять отсюда. Пока Живодер не разошелся.

Саня медленно встает и, пошатываясь, идет вслед за друзьями к выходу из зала.

Постепенно обстановка на танцплощадке переходит от просто танцев к стадии необузданного веселья. Одна из девушек, с большой, изрядно провисшей грудью и пышными, едва вмещающимися в джинсы бедрами,  сорвав с себя блузку, выскакивает на середину круга и становится напротив трясущегося в танцевальном припадке Паши. Дергая  животом, она начинает, подражая Шакире, отплясывать какой-то восточный танец. Живодер, перестав вращать конечностями, некоторое время с недоумением смотрит на жидко вибрирующий в метре от его носа бюст, и наконец, сообразив, что нужно делать дальше, растопыривает руки и пытается поймать бойкую танцовщицу. Та визжит, уворачивается от прыгающего по залу, похожего на взбесившегося орангутанга, кавалера. Но тот настойчив, и в конце концов ему удается сграбастать даму. Взяв ее в охапку, он взваливает добычу на плечо и как есть, босиком направляется к выходу из клуба. Девушки, провожая их,  визжат и хлопают в ладоши, парни гогочут: откровенное поведение Паши и его новой подруги раззадорило всех, и теперь каждый, не стесняясь, выбирает себе партнера для продолжительных, до самого утра, «танцев».

Заявление фельдшера пос. Максимовка: в 19.09 в медпункт поступил Михайлюк Денис 1989 г.р. Диагноз: сотрясение головного мозга, множественные ссадины лица и шеи, закрытый перелом костей носа, ушибленная рана нижней губы. Обстоятельства выясняются.

ОБОП Хасанского РОВД

Шестнадцатая глава - здесь.

Другие материалы рубрики "В Приморье"

Экипаж полностью покинул рефрижератор "Айс Бриз", севший на мель у Северных Курил

Судно село на мель вблизи острова Шумшу

Волейбол: "Приморочка" обыграла "Тюмень-ТюмГУ" со счетом 3:1

11 декабря «Приморочка» и «Тюмень-ТюмГУ» проведут повторную игру на площадке «Олимпийца». Начало матча в 17:00

В воскресенье во Владивостоке малооблачно, температура -7 градусов

В Приморье сегодня преимущественно без осадков, мороз до -36 градусов