Письма другу. Часть первая «Эмиграция»

Авторская колонка журналиста, фронтмена группы «The E-ball» Сергея Сима

1302733143_img_0075.jpg

Привет, Сеня. Я в Канаде. Четыре года без Владивостока.

Ностальгия – она системная. Два-три месяца очень хочется домой, особенно во снах. Потом три-четыре месяца вроде бы все нормально, а после - снова тоска.

Не хватает моря. Не хватает запаха соли. Теперь я понимаю, что когда человека вырывают из привычной обстановки, как плод с грядки, и переносят в совершенно иную среду, другую ситуацию, чужую культуру – его попросту ломает без родных запахов. Думал, что со временем ностальгия исчезнет. Но как-то не сложилось.

Товарищи-эмигранты, которые уехали из СССР тридцать лет тому назад, рассказывают, что подобное состояние проходит -  у кого через полгода, у кого через год. Мол, максимум пять лет и все забудется. Они говорят: «Тебе просто надо приехать во Владивосток, посмотреть, как живут люди, и все пройдет, возвращаться  туда окончательно отпадет». Не знаю. Точнее – не уверен. Потому что я — это я, они  — это они. У каждого своя история… 

Я родился в этом городе. Во Владивостоке прошло мое детство, юность, молодость, чуть-чуть зрелости. А когда «свой путь прошел до половины»,  улетел в Канаду. Мне было 33 года. 

Многие, особенно мужчины, достигнув «возраста Христа», переживают изменения. Не могу сказать, что это какой-то там кризис. Нет.  Просто это то время, когда нужно отчитаться перед самим собой, ответить на вопросы - Что сделал? Куда иду? Своим ли путем?

Почему уехал? Я хотел, чтобы мой сын вырос в иной среде, чтобы у него была другая жизнь, ни такая как у меня. Само собой, мне неплохо жилось во Владивостоке. У меня было практически все: работа, семья,  друзья, творчество.  Но так получилось, что я принял решение уехать и вторую половину жизни прожить в той стране, о которой когда-то в детстве читал. Помнишь, Сеня, роман Фенимора Купера «Последний из Могикан»? Действие этой книги происходит на берегу озера Онтарио. Практически здесь я и живу.

Местное русскоязычное население и наше с тобой поколение - совершенно разные по менталитету люди. Мы с тобой – последние дети СССР, но успели пожить и в новой России. А те, кто уехал в Канаду тридцать лет назад, остались где-то там, в середине 80-х. Они застряли в том времени. 

Большинство советских эмигрантов ругают капитализм, капиталистическую систему, общество. Они даже канадцев называют презрительно — «канадосы». Почему? Потому что канадцы — другие. То, что было у них в 60-70-х годах прошлого века — рок-н-ролл,  хиппи, свобода мысли — бывшим жителям СССР не понять. А у них даже Beatles в Торонто выступал. Культура, корни, менталитет — совершенно другие, отличные от наших. Поэтому возникает недопонимание. Хотя, канадцы идут навстречу выходцам из других стран. Каждый из них в третьем-четвертом поколении, все равно тоже потомок эмигрантов. И поэтому к приезжим они относятся благосклонно. 

Канадцы как большие дети: играют в хоккей, любят природу, постоянно кому-то помогают, работают добровольцами. Нам их поведение непонятно по одной простой причине — мы выросли в других условиях. Поэтому если канадца отправить во Владивосток, на тот же Чуркин, я уверен, что он не проживет  там даже неделю. Просто мы с разных планет.

Для того чтобы освоиться, закрепиться в Канаде понадобится от пяти до десяти лет. Любой приезжий понимает, что на родине он мог бы быть хоть директором, хоть ведущим инженером, хоть народным артистом, хоть музыкантом или балериной, а сейчас и здесь он просто эмигрант. Приходится начинать все сначала. Работать по профессии — счастье, доступное лишь единицам. 

Как зарабатывать? Трудиться на стройках, работать за «кэш» —10-15 долларов в час. Все зависит от того, что ты умеешь делать руками. Я, например, руками ничего не умею делать, поэтому мой опыт работы строителем был достаточно…. не очень хорошим, скажем так.

Никто тебя здесь не ждет с распростертыми руками, но бытовые вопросы решаются мгновенно, на месте, без проволочек. Для эмигранта, особенно, если у человека есть семья, снимается квартира. И люди вливаются в эту жизнь. Постигают «бейсик» — основные законы местного общества. И постепенно, «step by step», шаг за шагом, что называется, превращаются в гражданина Канады. Хотя человека из России, или из бывшего Советского Союза, я могу узнать со спины. Потому что наши люди все равно остаются нашими, где бы они ни жили. Например, наши соотечественницы всегда в макияже, все с иголочки одеты, ходят на каблуках. А канадские женщины, в большинстве своем ходят в кроссовках или в каких-то тапочках, в джинсах, футболках, они не заморачиваются о том, как выглядят. 

Уроженцы Владивостока в Канаде, какие они? Я, по крайней мере, знаю одну семью из Владивостока — это Аркаша Ревунов и его жена Юля. Аркаша бывший научный сотрудник, занимался чем-то связанным с биологией. Ему изначально пришлось работать охранником, за какие-то смешные деньги. Потом его пригласили поработать по специальности, и два года назад он улетел в сторону Ванкувера. В прошлом году вернулся:  закончился контракт. Сейчас снова в поисках, но у него уже есть канадский опыт. Ему теперь легче найти работу по специальности. Ревуновы - замечательные люди, очень дружелюбные, открытые, как и большинство уроженцев нашего города. Первоначально мы помогали друг другу, но сейчас мало общаемся, потому что у Аркаши семья, ребенок маленький, у меня тоже свои заморочки. Мы редко, но все-таки созваниваемся. 

Есть еще один очень хороший знакомый - Ян. Он специалист по «АйТи». У него история примерно такая же, как у меня. Но он работает по профессии, потому что востребованный в Канаде специалист. Мы часто встречались и разговаривали о том, почему владивостокцы отличаются от бывших москвичей, питерцев, людей из Ташкента и прочих городов. Пришли к выводу, что мы более открытые, более коммуникабельные, непосредственные. Еще была мысль, что все, кто из Владивостока — это люди «без башни», люди способные на поступки, непонятные другим. 

Что лично для меня изменилось с переездом в Канаду? Да все изменилось - мироощущение изменилось, я изменился, стал более спокойным, наверно. Может, даже повзрослел. Научился ценить простые вещи. 

Стал ли канадцем? Нет, Сеня, я никогда не стану канадцем, навсегда останусь человеком из России. От гражданства своего отказываться  не собираюсь. По поводу канадского гражданства еще посмотрю, брать или не брать. Для меня это не важно. Если придется вернуться, вернусь. Но когда наступит это время, не знаю. Пока мне здесь интересно.  Я решил, что если у меня есть шанс пожить другой жизнью, то я им должен воспользоваться.  

Планирую ли вернуться во Владивосток? Конечно. Потому что мне хочется просто посидеть возле моря, на пирсе где-нибудь, можно даже на Набережной. Ведь остался пирс, где по утрам ловили рыбу? Вон там и хочу посидеть, просто посидеть возле моря. 

Я очень хочу увидеть и тебя, и других друзей, хотя большая часть из них давным-давно уже покинула Владивосток. Переехали в Москву, Питер, либо вообще уехали в другие страны. Люди улетают, уезжают, рассасываются. И это неплохо, потому что мир открыт. Лично меня это очень радует.

Пока все. Продолжим через неделю. До связи…

Привет, Сеня. Я в Канаде. Четыре года без Владивостока.Ностальгия – она системная. Два-три месяца очень хочется домой, особенно во снах. Потом три-четыре месяца вроде бы все нормально, а после - снова тоска.Не хватает моря. Не хватает запаха соли. Теперь я понимаю, что когда человека вырывают из привычной обстановки, как плод с грядки, и переносят в совершенно иную среду, другую ситуацию, чужую культуру – его попросту ломает без родных запахов. Думал, что со временем ностальгия исчезнет. Но как-то не сложилось.Товарищи-эмигранты, которые уехали из СССР тридцать лет тому назад, рассказывают, что подобное состояние проходит -  у кого через полгода, у кого через год. Мол, максимум пять лет и все забудется. Они говорят: «Тебе просто надо приехать во Владивосток, посмотреть, как живут люди, и все пройдет, возвращаться  туда окончательно отпадет». Не знаю. Точнее – не уверен. Потому что я — это я, они  — это они. У каждого своя история… Я родился в этом городе. Во Владивостоке прошло мое детство, юность, молодость, чуть-чуть зрелости. А когда «свой путь прошел до половины»,  улетел в Канаду. Мне было 33 года. Многие, особенно мужчины, достигнув «возраста Христа», переживают изменения. Не могу сказать, что это какой-то там кризис. Нет.  Просто это то время, когда нужно отчитаться перед самим собой, ответить на вопросы - Что сделал? Куда иду? Своим ли путем?Почему уехал? Я хотел, чтобы мой сын вырос в иной среде, чтобы у него была другая жизнь, ни такая как у меня. Само собой, мне неплохо жилось во Владивостоке. У меня было практически все: работа, семья,  друзья, творчество. Но так получилось, что я принял решение уехать и вторую половину жизни прожить в той стране, о которой когда-то в детстве читал. Помнишь, Сеня, роман Фенимора Купера «Последний из Могикан»? Действие этой книги происходит на берегу озера Онтарио. Практически здесь я и живу.Местное русскоязычное население и наше с тобой поколение - совершенно разные по менталитету люди. Мы с тобой – последние дети СССР, но успели пожить и в новой России. А те, кто уехал в Канаду тридцать лет назад, остались где-то там, в середине 80-х. Они застряли в том времени. Большинство советских эмигрантов ругают капитализм, капиталистическую систему, общество. Они даже канадцев называют презрительно — «канадосы». Почему? Потому что канадцы — другие. То, что было у них в 60-70-х годах прошлого века — рок-н-ролл,  хиппи, свобода мысли — бывшим жителям СССР не понять. А у них даже Beatles в Торонто выступал. Культура, корни, менталитет — совершенно другие, отличные от наших. Поэтому возникает недопонимание. Хотя, канадцы идут навстречу выходцам из других стран. Каждый из них в третьем-четвертом поколении, все равно тоже потомок эмигрантов. И поэтому к приезжим они относятся благосклонно. Канадцы как большие дети: играют в хоккей, любят природу, постоянно кому-то помогают, работают добровольцами. Нам их поведение непонятно по одной простой причине — мы выросли в других условиях. Поэтому если канадца отправить во Владивосток, на тот же Чуркин, я уверен, что он не проживет  там даже неделю. Просто мы с разных планет.Для того чтобы освоиться, закрепиться в Канаде понадобится от пяти до десяти лет. Любой приезжий понимает, что на родине он мог бы быть хоть директором, хоть ведущим инженером, хоть народным артистом, хоть музыкантом или балериной, а сейчас и здесь он просто эмигрант. Приходится начинать все сначала. Работать по профессии — счастье, доступное лишь единицам. Как зарабатывать? Трудиться на стройках, работать за «кэш» —10-15 долларов в час. Все зависит от того, что ты умеешь делать руками. Я, например, руками ничего не умею делать, поэтому мой опыт работы строителем был достаточно…. не очень хорошим, скажем так.Никто тебя здесь не ждет с распростертыми руками, но бытовые вопросы решаются мгновенно, на месте, без проволочек. Для эмигранта, особенно, если у человека есть семья, снимается квартира. И люди вливаются в эту жизнь. Постигают «бейсик» — основные законы местного общества. И постепенно, «step by step», шаг за шагом, что называется, превращаются в гражданина Канады. Хотя человека из России, или из бывшего Советского Союза, я могу узнать со спины. Потому что наши люди все равно остаются нашими, где бы они ни жили. Например, наши соотечественницы всегда в макияже, все с иголочки одеты, ходят на каблуках. А канадские женщины, в большинстве своем ходят в кроссовках или в каких-то тапочках, в джинсах, футболках, они не заморачиваются о том, как выглядят. Уроженцы Владивостока в Канаде, какие они? Я, по крайней мере, знаю одну семью из Владивостока — это Аркаша Реунов и его жена Юля. Аркаша бывший научный сотрудник, занимался чем-то связанным с биологией. Ему изначально пришлось работать охранником, за какие-то смешные деньги. Потом его пригласили поработать по специальности, и два года назад он улетел в сторону Ванкувера. В прошлом году вернулся:  закончился контракт. Сейчас снова в поисках, но у него уже есть канадский опыт. Ему теперь легче найти работу по специальности. Реуновы - замечательные люди, очень дружелюбные, открытые, как и большинство уроженцев нашего города. Первоначально мы помогали друг другу, но сейчас мало общаемся, потому что у Аркаши семья, ребенок маленький, у меня тоже свои заморочки. Мы редко, но все-таки созваниваемся. Есть еще один очень хороший знакомый - Ян. Он специалист по «АйТи». У него история примерно такая же, как у меня. Но он работает по профессии, потому что востребованный в Канаде специалист. Мы часто встречались и разговаривали о том, почему владивостокцы отличаются от бывших москвичей, питерцев, людей из Ташкента и прочих городов. Пришли к выводу, что мы более открытые, более коммуникабельные, непосредственные. Еще была мысль, что все, кто из Владивостока — это люди «без башни», люди способные на поступки, непонятные другим. Что лично для меня изменилось с переездом в Канаду? Да все изменилось - мироощущение изменилось, я изменился, стал более спокойным, наверно. Может, даже повзрослел. Научился ценить простые вещи. Стал ли канадцем? Нет, Сеня, я никогда не стану канадцем, навсегда останусь человеком из России. От гражданства своего отказываться  не собираюсь. По поводу канадского гражданства еще посмотрю, брать или не брать. Для меня это не важно. Если придется вернуться, вернусь. Но когда наступит это время, не знаю. Пока мне здесь интересно.  Я решил, что если у меня есть шанс пожить другой жизнью, то я им должен воспользоваться.  Планирую ли вернуться во Владивосток? Конечно. Потому что мне хочется просто посидеть возле моря, на пирсе где-нибудь, можно даже на Набережной. Ведь остался пирс, где по утрам ловили рыбу? Вон там и хочу посидеть, просто посидеть возле моря. Я очень хочу увидеть и тебя, и других друзей, хотя большая часть из них давным-давно уже покинула Владивосток. Переехали в Москву, Питер, либо вообще уехали в другие страны. Люди улетают, уезжают, рассасываются. И это неплохо, потому что мир открыт. Лично меня это очень радует.Пока все. Продолжим через неделю. До связи…

Все новости
Другие материалы рубрики "Интервью"
58657350.jpg

Замдиректора «Луч-Энергии» подвел итоги первой части первенства ФНЛ

В зимний период, по словам специалиста, команду ждут традиционные сборы

10811009-861851.jpg

Трагедия, изменившая и объединившая мир

1 декабря в прокат выйдет фильм-катастрофа Сарика Андерсяна «Землетрясение»

tkra.JPG

Монтаж главной новогодней ёлки начался во Владивостоке

28-метровая конструкция, украшенная шарами и гирляндами, предстанет во всей красе уже к середине декабря