Для гостей саммита АТЭС подготовлены исторические экскурсии по Владивостоку

Что может Владивосток показать гостям саммита АТЭС? Вариант ответа на этот вопрос предложила краевед, историк Нелли Мизь.

1346295588_aleutskaya.jpg

Владивосток, ИА Приморье24. К саммиту АТЭС самый известный краевед Приморья Нелли Мизь разработала маршруты нескольких тематических экскурсий: «Владивосток японский», «Владивосток корейский», американский, китайский и так далее. Об этом в выпуске за 29 августа сообщает газета «Владивосток».

– Проекты экскурсий, – говорит Нелли Мизь, – были направлены в краевую администрацию, и пока неизвестно, будут они приняты или нет. Очень надеюсь, что будут, ведь мне не раз и не два приходилось сталкиваться с интересом, который проявляют к «иностранной» истории Владивостока наши гости.

Нелли Григорьевна знает, о чем говорит: в свое время посол Франции расспрашивал ее о Миллионке и литературном камне поэтессы Есано Акико – в 2010 году Нелли Мизь выпустила книгу «Япония. Российское Приморье. Путь к взаимопониманию». Кроме того, совсем недавно она проводила экскурсии для «облетных команд» Китая и Канады – представителей посольств и служб протокола, осматривающих перед прибытием ВИП-персон места возможных экскурсий и визитов. В сентябре для представителей иностранной прессы она проведет несколько поездок по городу.

Вот так и возникли маршруты экскурсий для гостей саммита АТЭС. Нелли Григорьевна рассказала о некоторых адресах, которые обязательно в них войдут. 

Владивосток японский

Японцы селились во Владивостоке кучно, в основном в центре: Миллионка, Светланская, Алеутская. Диаспора играла значительную роль в жизни города. В 1903 году из 281 предприятия во Владивостоке (без учета торговых и транспортных) 92 принадлежало японцам. Накануне Русско­-японской войны во Владивостоке было 3000 японцев, 54 японских магазина, несколько очень крупных контор, например, экспортно-импортная контора Кесин Еко (ей принадлежало здание на Алеутской, 26 – сегодня там мужская парикмахерская).

Дом Ваховича на Светланской (ранее в этом здании располагался бар «Зеленый крокодил»). Как ни странно, но он напрямую связан с историей японского и частично китайского Владивостока. Один из братьев Ваховичей – старший, Александр – полюбил 16-летнюю японку Кэйко. Она умерла в родах. Вместе с малолетним сыном Александр долгое время жил в Ханькоу, где был консулом. Когда Александр Вахович умер, его сын вернулся в Японию. И написал книгу о своей жизни, в том числе о любви своих родителей. Книга стала бестселлером, а ее автор – известным писателем.

Японское консульство на перекрестке улицы Адмирала Фокина и Океанского проспекта (сегодня здесь располагается Приморский краевой суд). Когда-то здание венчала статуя богини победы Ники. Несколько лет назад Кифу Мицухаси, известный японский музыкант, приехав в наш город, говорил, что это здание спроектировал и построил его предок зодчий Сиро Мицухаси. Однако приморским краеведам удалось доказать, что здание построено архитектором Владимиром Федоровым.

Памятный знак на месте храма Урадзио Хонгадзи, расположенный на Алеутской рядом со станцией переливания крови. С этим местом связано немало историй, одна из них – история жизни Енэко Тоидзуми, супруги последнего настоятеля храма. Она выросла во Владивостоке, здесь встретила свою любовь, вышла замуж, родила первенца. О Владивостоке, который она нежно любила, Енэко-сан написала книгу. В наш город она приезжала не раз и высадила саженцы сакуры на месте, где стоял храм.

Дом предпринимателя Сэноо на улице Алеутской, напротив «Клевер Хауса» (ранее в нем располагался Горный институт ДВГТУ). Когда-то в этом доме находились сразу три японских магазина: Сэноо, Хориэ и Ота. О господине Сэноо и его семье существует множество интересных сведений: к примеру, сын его был горячо влюблен в русскую девушку, и это была трагическая история.

Дом японского предпринимателя в районе улицы Уборевича (во дворе дома, что с магазином «Хризантема»). Этот дом интересен тем, что вход в него был отделан дорогим белым мрамором. Если присмотреться, мрамор виден и сегодня.

Владивосток корейский

Корейская слободка – от нее сегодня почти ничего не осталось, кроме, возможно, мемориала у школы № 18, который установлен в память и о слободке, и о депортации корейцев с Дальнего Востока.

Улица Пограничная, ранее Корейская. Многие дома на этой улице так или иначе связаны с корейскими жителями Владивостока.

Памятник корейскому патриоту Ан Чун Гыну, который убил японского наместника графа Ито во время его встречи в Харбине с министром финансов России Коковцовым. Этот памятник стоит в районе медуниверситета.

Владивосток американо-китайский

Одним из первых купцов, осваивавших Владивосток, стал американец Карл Генри Купер. Его жена – китаянка Мэри Купер приняла крещение в реформации. Во Владивостоке Мэри приняла православие, ее крестным отцом был Яков Семенов. Яков Лазаревич был также крестным отцом некоторых ее детей, всего у Мэри и Генри Купер родилось 12 детей, но выжили не все. Один из старших сыновей – Александр – оказал большое влияние на развитие Владивостока. Связанный с семьей Куперов дом – а Куперы были владельцами большого количества доходных домов в нашем городе – находится на улице Адмирала Фокина, в нем расположен ресторан «Дом Купера».

Интереснейшая история связана с другим домом Куперов. Первоначально это была фанза, в которой Мэри Купер устроила первый в нашем городе театр. Именно в этом доме состоялся в 1873 году первый во Владивостоке спектакль – играли «Гамлета». Позже фанза была снесена, на ее месте Александр Купер построил капитальное здание. В нем в свое время располагались такие увеселительные заведения, как театры-кабаре «Аквариум», «Мулен Руж». Ныне это здание почти заброшено. Сегодня в нем располагается клуб имени Дзержинского, до которого у местного УВД не дойдут руки.

Самый яркий объект «китайского Владивостока», конечно, Миллионка. Здесь каждый дворик – объект экскурсии.

Но интересным для китайских туристов будет и такой объект, как памятный знак генералу Николаю Чичагову. Он был установлен в городе Нингута в знак благодарности китайцев генералу, усмирившему «восстание боксеров».

Иероглифы на памятнике рассказывают историю: восстание напрямую задевало местных жителей – «боксеры» сжигали дома, не щадили даже детей. Николай Чичагов не просто подавил восстание, но устроил больницы для жителей города, решил проблему нехватки продовольствия. За это ему и был поставлен памятник на одной из сопок Нингута (сегодня этот город стал частью Муданьцзяна).

Во времена хунвейбинов памятник был разбит, затем отправлен в Россию. Чтобы выяснить эти детали, краеведам потребовалось немало усилий, ведь изначально считалось, что это – надгробие на могиле Чичагова. Памятник, точнее две его части, можно увидеть у входа в музейно-­выставочный центр на Петра Великого, 6.

Полностью материал читайте в газете "Владивосток" за 29 августа.

Другие материалы рубрики "В Приморье"

Приморские наркополицейские к 25-летию службы изъяли 1,5 тонны наркотиков

Сегодня подразделения по контролю за оборотом наркотиков системы МВД России отмечают 25 лет со дня образования службы