«Просто я работаю волшебником»: Петр Мартыненко о сказках, мечтах и бороде

Актер - в интервью РИА VladNews

fe3ecdde529eefd20603f1b071aed48d7185becc.jpeg

Актером он мечтал быть с детства, но путь к любимой профессии оказался непростым. Впрочем, уверен Петр Мартыненко, актер Приморского академического театра имени Горького, во всем свои смыслы…

Кладбище актерского самолюбия

«После школы – по настоянию мамы – я поступил учиться на дизайнера, - рассказывает Петр. – Мама была против моего желания стать артистом. Женщина она была волевая, влиятельная, в итоге меня просто не приняли в институт искусств по её звонку, отказались принимать документы. Ну, что делать? Я поступил учиться на дизайнера, а по окончании учёбы мне сразу предложили остаться на кафедре и преподавать. Я согласился – но при этом отнес документы в институт искусств и поступил на театральный».

- То есть мечта детства в вас жила?

«Конечно. Я совсем малышом отвечал на вопрос «кем хочешь быть» - волшебником! Я был твердо уверен, что на волшебников где-то учат. И заметьте, тогда еще о Гарри Поттере никто и слыхом не слыхивал. А потом это желание прошло – и вы можете не верить, но к выпускной группе детского сада я точно знал, кем хочу быть. Актером! И только».

- Ну актеры в каком-то смысле – волшебники…

«В поэтическом таком, романтическом понимании профессии – да».

- Ваша мама смирилась с вашим выбором в итоге?

«Не совсем. Она очень долго переживала и приняла мою работу уже после того, как я окончил институт искусств работал в Великом Новгороде. Ворчала немножко, но знакомые и друзья говорили, что на самом деле она гордится моими успехами».

- Вы наверняка были самым старшим из поступающих и уж тем более на курсе…

«Да. Старше меня были только Александра Аубекерова и Ярослав Янковский. Поступая, я очень волновался. Ведь правда был уже взрослым, и смотрели на меня иначе. А я еще и картавлю, это добавляло сложностей. Когда же стал учиться, мне именно в силу возраста было проще. Общеобразовательные предметы мне не нужно было посещать. Педагоги понимали, что у меня есть жизненный опыт… И я еще и преподавал во ВГУЭС…

Моим мастером был Александр Петрович Славский, вместе с ним на курсе преподавали Светлана Юрьевна Салахутдинова и Владимир Николаевич Сергияков. Три мэтра!»

- Вы ведь тоже теперь преподаете, верно?

«Да, Александр Петрович предложил мне преподавать на курсе сразу по окончании института, и год я работал, а потом уехал в Великий Новгород. А когда вернулся – по семейным обстоятельствам – во Владивосток, стал работать в театре имени Горького и снова преподавать. Вместе с Александром Петровичем выпустил курс, мои ученики – Владимир Илюхин, Максим Вахрушев, Аида Исаева, Евгения Джапарова – работают со мной в театре. И сейчас помогаю Светлане Юрьевне, работаю с ее курсом, он выпустится через год».

- Думаю, что когда вы учились, вы уже понимали, что актерский путь цветами не усыпан?

«Конечно. Прекрасно понимал, что театр – кладбище актерского самолюбия. И столкнулся с этим. Но это ничего не изменило».

- Говорите ли вы первокурсникам в институте искусств, что они выбрали сложную профессию?

«Первое, что я им говорю: вы ошиблись профессией. И прошу подумать и уйти, пока не поздно. Особенно если это школьники, которые часто считают, что все они – Анджелины Джоли и Брэды Питты и что продюсеры толпятся за углом, поджидая их и волнуясь… Я говорю жестко, подчас обидно – что они некрасивые, бездарные, неинтересные. И кто-то уходит, и это правильно. Это не их профессия. Артиста ждут чаще всего шипы, а не розы. И крайне редко артист идет по розовым лепесткам. И ушедшие ребята находят себя в других сферах. А вот те, кто остался, те становятся своими, родными…»

- Кстати, ваши бывшие студенты относятся к вам как к коллеге или все же как к учителю?

«Да приходится иногда говорить: еще раз назовешь меня на вы – стукну! Правда-правда. Мы в театре все коллеги».

Театр в городе один

- Говорят, что дальневосточная театральная школа и западная сильно различаются…

«Я сталкивался с таким мнением. Но видел выпускников и сибирской школы, и западной, и могу сказать, что базируются они все – как и наша дальневосточная школа – на классической основе. А что есть нюансы – так это естественною.

Вообще пять лет работы в Великом Новгороде мне дали очень многое. Я был ведущим артистом, сыграл – несмотря на молодость – Астрова в «Дяде Ване», Бенедикта в «Много шума из ничего», другие роли, и все они хорошо встречались прессой, критиками. Написал пьесу, которая была поставлена в разных театрах – про княжну Тараканову. Занимался сценографией, костюмами… Но вмешались семейные обстоятельства. Я вернулся во Владивосток. Очень люблю театр имени Горького, мне здесь нравится, здесь мои учителя и друзья, здесь прекрасный режиссер Ефим Звеняцкий. Но что есть, то есть – там чисто с актерской точки зрения карьера у меня складывалась лучше».

- Вы хотели работать именно в театре имени Горького?

«Да. Я когда-то сказал – да не обидятся на меня коллеги в других театрах Владивостока: драматический театр в городе – один. Академический имени Горького.

Здесь я вернулся к тому, чему меня учили. У меня довольно много ролей, пусть и небольших. Я люблю каждую свою роль и стараюсь наполнять ее, искать изюминки.

Здесь я успел поработать с разными режиссерами, а это очень важно, это даёт опыт, ведь каждый режиссер имеет свои требования, по-разному они смотрят на артиста, и это очень полезно».

- А вы послушный артист?

«Знаете, еще в Великом Новгороде мне одна хорошая актриса сказала: «Петя, тебе надо быть тупее, умный артист – наказание для режиссера». Я могу не принимать идею режиссера, могу подискутировать с ним – на ранних этапах работы над спектаклем. Но когда мы начинаем репетиции, я понимаю, что режиссер правит балом и видит всю картину в целом, значит, надо делать так, как он сказал. Минимально добавив своего видения.

Бывает намного хуже, когда артист начинает работать в противовес режиссеру. И всегда, всегда в итоге их работа выглядит как заноза в спектакле. Чужеродно».

- Вы очень много заняты в сказках… Мечтали быть волшебником – и вот оно, дарите волшебство?

«Сказки – это особый жанр, жанр характерности, утрирования. И я их очень люблю, потому что дети – самые честные зрители! Неинтересно – шумят, интересно – смотрят. Их не обманешь».

- И вы даже написали инсценировку к спектаклю «Щелкунчик», который поставил Александр Славский?

«Да. Но что моя первая пьеса, которая была по сути хорошей компиляцией, не придуманной с ноля, так и эта инсценировка – это переработка первоисточника».

- Помогает ли актерское образование в работе над пьесой?

«Да. Драматург немного витает в облаках… А артист – он знает, как это будет произноситься, что удобнее для мизансцены и сколько нужно времени, чтобы вынести на сцену стакан воды, например, или поменять декорацию».

- Когда вы смотрите на то, как на сцене воплощается ваша инсценировка, вы довольны?

«Александр Петрович пригласил меня помогать ему в работе над спектаклем, так что я принимаю непосредственное участие. Конечно, мне нравится, хотя кое-что стало для меня сюрпризом. Например, когда я писал Короля Мышей, я представлял в этой роли Дениса Неделько. Такого большого мужчину, который ведет себя как маленький мальчик. А на роль распределили Максима Вахрушева. И он замечательно справляется, прекрасно работает, но мне потребовалось время, чтобы это осознать».

- Вы работаете вместе с вашими мастерами на одной сцене, трепета нет?

«С трепетом у меня вообще проблемы, с каким бы известным человеком меня не сводила судьба. Я никогда не фотографируюсь с известными людьми, если оказываюсь с ними в одной компании, например. Зачем мне это? Я испытываю глубочайшее уважение и любовь к своим мастерам. Но трепета нет».

- Вы самокритичны?

«Весьма. Этот критический взгляд, а я редко бываю собой доволен, помогает в профессии. С другой стороны, я никогда не волнуюсь перед премьерой. Точнее, паника и волнение начинаются за пять минут до премьеры. И проходит с первой сценой.

Вообще я не из тех артистов, которые долго настраиваются, приходят в театр задолго до спектакля… Считаю, что актерство – это профессия. Текст повторить надо, но сидеть час в гримерке, настраиваясь – не мое».

- И когда вы закрываете дверь служебного входа театра, работа остается за дверью?

«Практически – да, хотя, конечно, дома мы много говорим о своей работе, подчас утомляя родных и знакомых, но… Как однажды сказал Александр Петрович Славский, работая над ролью Бориса Годунова: «Мне что, приходить домой и холопов плетьми гонять?». И так мы все».

Забери роль!

- Были ли среди сыгранных вами персонажей те, кто вызывал отторжение?

«До глубины – нет. Но вот однажды здесь, в театре имени Горького, мне пришлось срочно вводиться на роль Принца в сказке вместо Сережи Коврижиных. Ну какой я принц?! Я сыграл, но как же это было тяжело! И как же был счастлив, когда Сергей вернулся.

А в Великом Новгороде, когда мне было около 30, пришлось срочно вводиться на роль князя Вано в «Хануме». Этот персонаж на 30 лет старше меня. Я год его играл! Мне было трудно, тем более что князь в спектакле был лысым, а у меня были длинные волосы… И когда вернулся актер, игравший Вано ранее, я первым прибежал к нему с криком: «Забери роль!».

А потом меня назначили на роль Котэ… Играл я там и Тимоте, и других мужских персонажей. Всех, кроме Микича. При том, что я не люблю «Хануму». Вот во Владивостоке в этом спектакле работать не пришлось, бог миловал».

- Кстати, о волосах. У вас еще и борода. Готовы ли вы состричь все это, сбрить ради роли?

«Конечно. И сбриваю регулярно бороду – когда идут «Опасные связи» и «Аленький цветочек». И налысо готов побриться, если надо!»

- Есть ли персонаж, в котором вы почувствовали родственную душу?

«Астров в «Дяде Ване» в Великом Новгороде. И Менахем в «Поминальной молитве» здесь, в театре имени Горького. Вообще мне близка классическая драматургия. Безумно люблю Чехова, ведь его комедии – они правда комедии, надо только понять, что все его герои – стопроцентные эгоисты, абсолютные идиоты. Еще люблю Островского, обожаю Достоевского, Шекспира, Шиллера».

- Есть ли у вас хобби?

«Я рисую. Читаю. Люблю и умею готовить. Иногда создаю миниатюры из глины. Иногда шью одежду для куколок племянниц. Им нравится. А меня это успокаивает».

- Театр имени Горького – он какой?

«Профессиональный! Самый сильный. Это театр Ефима Семеновича Звеняцкого, театр на нем держится и на нем стоит».

- Ваши пожелания театру в связи с 90-летием и себе, как его артисту?

«У меня тоже юбилей, я пять лет уже служу этому театру! Желаю ему долгих лет успешной творческой жизни. Для себя же пожелаю так: довольных профессией и жизнью артистов и довольных артистами зрителей!»

Другие материалы рубрики "Общество"
70a2a171e9e739a3f35c2e94f3f9cc9ae2376809.jpeg

Гороскоп на 28 мая

День может оказаться довольно продуктивным

ccb14b85842ad072cd9504630919f07309465563.jpeg

Назван продукт, снижающий риск развития диабета

Он также предупреждает развитие бляшек

4a2bd4445dbf2ea1bc43b54bf6a1ac317c5f9762.jpeg

Кот больше 10 минут полоскался в стиральной машине

Хозяйка не заметила, что питомец забрался в барабан