"Мыс Гамова" - книга, в которой было предсказано нападение акул на приморцев

Обсудить книгу и оставить свои пожелания можно в комментариях. Приятного прочтения!

                                            ГЛАВА 11

На яхте, под полотняным навесом, у накрытого стола сидят двое мужчин. Одному из них лет сорок - сорок пять. На нем длинные, до колена, шорты и белая футболка с портретом Путина. Второй гораздо старше. Он одет в рубашку навыпуск, из которой торчит толстая, что называется, бычья шея, и широкие, светлые брюки, ремень которых туго обтягивает далеко выпирающий за пределы талии живот. На голове у него старомодная, явно сохранившаяся еще с давних, советских времен, шляпа.

С берега еле слышно доносятся крики и женский визг. Но мужчин мало интересует то, что происходит на пляже. Смакуя дорогой французский коньяк, они беседуют о гораздо более важных вещах. На столе стоит блюдо с вареными креветками, свежие гребешки, лимоны. Из каюты звучит песня Кайли Миноуг "Can,t get you out of my head".

- Как вы думаете, с ним можно договориться? – спрашивает хозяин яхты собеседника.

- Нет! – пожилой выбирает из блюда самую крупную креветку и, разломив панцирь напополам, сочно обсасывает.

- Жаль! Я надеялся с его помощью одну тему раскрутить. Но почему? Если вопрос упирается в деньги?  Вы же знаете, я всегда адекватно оцениваю оказанные мне услуги. Или ему деньги не нужны?

- Деньги он любит, - сплевывая с губы шелуху, усмехается пожилой. – Но… Как вам сказать? Я же знаю его как облупленного. Кобылин еще у меня в горкоме партии, в отделе пропаганды работал. Он полный мудак. Мой вам совет, не связывайтесь. Золотые горы наобещает и все равно обманет. Натура такая. Как был шестеркой, таким и остался. Верьте мне, я человек тёртый.

- Жаль, - усмехается собеседник. - Но если вы, Николай Львович, не советуете…

- Не советую, -  перекатывая складки кожи  на подбородке, отрицательно машет головой  Николай Львович. - Лучше мы вашу тему где-нибудь у нас, на периферии, организуем.

Объедки креветки летят за борт. По поверхности моря, почти зеркально гладкой, полосой проходит крупная зыбь. Солнце в зените, но под навесом не жарко, а даже прохладно.

- Жаль! – ещё раз повторяет хозяин яхты. – Не хотите пострелять?

- Не хочу, - цепляя ногтем еще одну креветку, отвечает гость. - А в кого здесь стрелять, Александр Иванович?

- Чайки вон прилетели. Отличная мишень. Я всегда по ним тренируюсь. А то в Австралии на сафари поедешь, и не можешь в кенгуру попасть. Павел! – кричит он. - Принеси сюда «Манлихер».

Из каюты появляется матрос и ставит у ног шефа кожаный кофр. Тот, щелкнув застежками, достает из обтянутого красным бархатом чемодана поблескивающий гравировками карабин. Погладив ствол рукой, Александр Иванович передергивает затвор и, повернувшись к борту, начинает высматривать подходящую мишень.

Николай Львович, наблюдая за этой возней, опрокидывает в рот стопочку коньячку. Голова креветки с растопыренными клешнями летит в воду.

Несколько чаек, пронзительно крича, пикируют за ней. Одна оказывается проворнее других: ухватив объедки, она, часто махая крыльями, быстро летит прочь. Александр Иванович отработанным движением вскидывает  карабин и нажимает курок. Гремит выстрел. Чайка, уже начавшая набирать высоту, разлетается в клочья.

Николай Львович, поморщившись, шлепает ладонью об ладонь и наливает себе еще порцию коньяку.

- Браво! Только в следующий раз предупреждайте, а то я от вашей пальбы чуть ни поперхнулся. Вы сами-то  в Австралию не собираетесь? - Пользуясь паузой, пока хозяин яхты высматривает очередную жертву, спрашивает он.

- Зачем?

- Чтоб пожить, - хмыкает пожилой. – В нормальных, так сказать, условиях.

- А что там делать-то? - поворачивается к нему Александр Иванович. – Там же никаких перспектив. Только отдыхать. Но… Бюст Кайли Миноуг меня как-то не впечатляет. Поет она, конечно, не плохо, но… Помните, как в мультфильме про попугая Кешу? «Зачем нам Таити? Нас и здесь неплохо кормят!» Кстати, Николай Львович, зачем вы жену взяли? Я же предлагал, давайте отдохнем в чисто мужской компанией.

- Она у меня, понимаете, опытная. Насчет чисто мужских компаний, - вздыхает пожилой. - Пусть хоть раз в году сало растрясет. Надеюсь, у ваших дамочек, - кивает он в сторону берега, - …для следующей поездки подружки найдутся?

- Конечно! - улыбается Александр Иванович. - Вы каких предпочитаете? Блондиночек? Или пухленьких? О, опять прилетели! - хватается он за карабин.

Николай Львович зажмуривает глаза и затыкает пальцами уши. Через минуту еще одна чайка, трепеща обрубком крыла, падает в воду. Дымящаяся гильза, звякнув об палубу, булькает за борт.

- Патроны-то дорогие? – интересуется пожилой.

- Пять долларов штука, - с улыбкой отвечает Александр Иванович. – А что, имеет значение?

- Нет, просто так спросил. Ну как, всех птичек перебили?

- Нет. Только двух. Остальных распугал. Значит,  вы предлагаете и на этот раз вместе сработать? – отставляет он в сторону оружие.

- Давайте уточним еще раз, что я в итоге буду иметь. Каков окончательный процент? - вытирая пальцы салфеткой, спрашивает Николай Львович.

- Все зависит от цены на топливо. Но, учитывая наши отношения, думаю, полтора я могу гарантировать.

- Цену мы сделаем, - машет рукой чиновник. – ЖКХ пока никто не отменял. Деньги, как обычно?

- Конечно. Вам же наличные не нужны?

- Боже упаси! – смеется пожилой. - Их только ваш приятель Кобылин любит. - Что это там плещется? – прищурясь, смотрит он в сторону открытого моря.

- Где? – хозяин яхты поворачивает голову, прикладывает ко лбу ладонь. – Как вы там что-то разглядели, солнце же бьет прямо в глаза.

- Привычка, - смеется Николай Львович. – Люблю контролировать обстановку. Чтоб раньше времени никто не съел. Вон! – показывает он за корму. – Видите, между волн.

- Нет, не вижу. Ну-ка… - Александр Иванович берёт бинокль, подносит его к глазам. - Да, что-то плавает, - спустя минуту говорит он. – Не могу только разобрать - что. Может, косатка. Попробую подстрелить.

- Так далеко же, – мерит взглядом дистанцию до мелькающей в волнах темной точки Николай Львович.

- Все равно попаду? – Александр Иванович достает из кофра оптический прицел и, щелкнув креплением, присоединяет его к ствольной коробке карабина.

- Слышь, Александр Иваныч, - Николай Львович берет рюмку, делает маленький глоток. - Ну ее, эту пальбу. Ты хоть сам видишь, в кого стреляешь? - манипуляции собеседника с оружием пожилого мужчину явно забавляют.

- Не волнуйтесь, вижу, - отвечает хозяин яхты. – Расстояние пока не могу определить. Надо ведь еще и баллистику пули учитывать. Но раз я сказал - попаду, значит все. Я слов на ветер не бросаю.

Перекрестье прицела перемещается по поверхности воды. Но там пусто.

- Хочу поинтересоваться, - с улыбкой наблюдая за действиями стрелка, спрашивает хозяина яхты Николай Львович. – Зачем вы этого… Микки Мауса нацепили? - кивает он на портрет на майке, - Или вы там, в вашей… как ее называют?.. партии всегда под присягой? Полагается портрет вождя на груди носить – носи! Чтоб сердце громче стучало!..

- Да как сказать, - оторвавшись от окуляра, поворачивается к собеседнику Александр Иванович. – Если откровенно, вроде необязательно. Но лучше пусть будет! А что, раздражает?

- Да нет. Привык, - пожимает плечами Николай Львович.

- Что на майке изображено,  мне на самом деле без разницы – усмехается хозяин яхты. – Лишь бы бабки на счет капали. А вот насчет Микки-Мауса вы  зря.

- Почему? По-моему, похож, - фыркает Николай Львович.

- Этого  Микки-Мауса нынче и не помнит никто. Уолт Дисней устарел. Теперь другие герои  на слуху. Если требуется близкий к нынешним обстоятельствам пример, лучше этого зверька, - гладит он себя по груди, - Тоби обозвать.

- Кем? – переспрашивает Николай Львович. – Тобиком? Это круто! Вы сами, что ли, придумали?

- Что же вы современный фольклор так не уважаете, - хохочет Александр Иванович. - Фильм про Гарри Поттера не смотрели? Гном там есть, с большими ушами, Тоби кличут. Этому изображению, - тычет он себя пальцем в грудь, - очень соответствует. И внешне, и по поведению. Мне лично ритуальные пляски вокруг священного образа жить пока не мешают. Майку, правда, смешную приходится носить, ну так - потерпим. В нынешней ситуации много чего все вынуждены делать, чтоб себя нормально чувствовать. Надеюсь, вы меня понимаете?

- Еще как, - смеется в ответ Николай Львович. - Тем, кто вовремя не сообразил, что к чему, башку давно уже оторвали. Кто на пенсии, а кто… - показывает он пальцами решетку.

- Надеюсь, это обсуждение нашей наскальной живописи строго между нами? – пристально смотрит на него хозяин яхты.

- Конечно, - кивает пожилой. – Сами знаете, как я к этим… тонкошеим, отношусь. Ого, смотрите, опять кто-то плавает.

Александр Иванович припадает глазом к окуляру. На поверхности моря среди белых барашков темной точкой появляется плавник.

Палец стрелка ложится на спусковой крючок. Он то и дело напрягается перед выстрелом, но каждый раз опаздывает: мелькнув на секунду, цель исчезает под водой, и перекрестье никак не может накрыть ее. Наконец, замерев на секунду, хозяин яхты плавно жмет на курок.

Грохочет выстрел. Николай Львович вздрагивает.  

- Попал! – довольный своими успехами, Александр Иванович кладет карабин обратно в кофр. - Пуля точно по месту хлопнула. Видели? - спрашивает он собеседника.

- Нет. А разве можно убить с такого расстояния?

- Конечно! Это же «Магнум», - усмехается Александр Иванович. – Знаете, сколько я из него антилоп перестрелял?

- И как? Вкусные?

- Кто?

- Антилопы?

- Не пробовал. Это же трофейная охота, там важно рога или шкуру добыть. А мясо так, тьфу.

- Да? Тогда это не по мне, - Николай Львович явно поражен таким нерациональным подходом к добыванию пищи. - Я больше рыбалку люблю. Знаете, по-нашему, по-простому, на карасей. Сядешь сам по себе, в панамке, с удочкой. Пивка для настроения выпьешь. Ушицу сваришь. Значит, полтора процента, говорите? И под самое что ни есть честное слово?

- Ну да! – оборачивается к нему Александр Иванович. – Вы меня знаете. Не подведу. Как в прошлый раз!

- А два никак не получится? – подцепив ногой валяющуюся на палубе гильзу, мэр медленно катает её по палубе.

- Почему? - оживляется хозяин яхты. – Тут главное - цены! Я же не могу их жёстко фиксировать...

- Цена от количества зависит, - ухмыляется собеседник. – А объёмы я вам  подкину. Все, как говорится, в наших силах. У вас весь район будет топливо закупать. Я там пока в авторитете…

- Знаю, - кивает Александр Иванович. – Ваш авторитет и в нашей среде хорошо конвертируется. Но вдруг у вас денег не хватит? Их ведь вытащить из бюджета, ммм… не всегда реально.

- Вы проценты с авансов вовремя платите. Остальное - мои проблемы, –  поддев большим пальцем ноги еще горячую гильзу, Николай Львович пинком отправляет ее за борт.

- Будем считать, мы договорились, - взяв бутылку, Александр Иванович наливает в стопки коньяк. – Рад, что вы согласились принять мое предложение. Остальные вопросы - в рабочем порядке. Ну, за нас! Может, пора дам обратно звать? А то они, по-моему, чересчур увлеклись. 

Отражаясь мачтами в воде, яхта качается на волнах. На корме, под тентом, продолжают выпивать и закусывать. От борта отчаливает маленькая надувная лодка, и, треща мотором, скользит к берегу.

 Все дальше удаляясь от бухты в сторону открытого моря, скользит под водой серая тень. Акула, изо всех сил работая хвостом, плывет прочь от места, где ее только что кто-то больно ужалил в спину. Пуля, хоть и разорвала мышцы на спине возле плавника, не нанесла хищнице серьезных повреждений. Но внезапное нападение испугало ее, и она поспешила уйти от опасного места и укрыться в безопасных глубинах Японского моря.

Пос. Зарубино, заявление от Федоровой Елены Александровны 1982 г. рождения, нигде не работает: ночь с 17.07 на 18.07 неизвестные лица путем свободного доступа похитили с летней кухни по адресу ул. Калинина, д.17, чугунную плиту с печи, эмалированное ведро, кастрюли. По заявлению потерпевшей, ущерб значительный.

                                                          Рапорт ОБЭП Хасанского РОВД

Двенадцатая глава - здесь.