Психолог-нарколог: У синтетических наркоманов первым исчезает рассудок

Психолог кабинета профилактики наркологических расстройств Вячеслав Варушичев – в интервью РИА VladNews

ca3c8380f4e3bc9079113af2cbfe8757025e431a.jpeg

Наркомания – опасное хроническое заболевание, бич современного общества. Каждый день в мире появляется новый, и, зачастую, ещё более опасный наркотик. Безусловно, каждому наркоману нужно лечение. Помочь в этом могут опытные специалисты – психологи-наркологи. Психолог кабинета профилактики наркологических расстройств Вячеслав Варушичев в интервью корреспонденту РИА VladNews рассказал, как наркомания может привести к инвалидности и какими бывают «немирные» методы профилактики наркомании.

– Вячеслав Леонидович, расскажите, что привело вас в наркологию?

– Обстоятельства сложились так, что в 2001 году нашему заведующему понадобился консультант. У меня к тому времени уже было высшее образование, определённый жизненный опыт. В тот момент у меня был выбор – либо я мог пойти в моря, сопровождать грузы либо в наркологию консультантом. Но в морях пьют очень сильно, поэтому я решил поберечь своё здоровье и пойти работать в медицину. Пусть и за меньшие деньги, зато спокойнее за здоровье.

– Каких наркоманов на сегодняшний день больше всего? Имеется в виду вещество, которое наркоманы употребляют чаще.

– На мой взгляд, да и вообще, если посмотреть по «клиентам» отделения, то это наркоманы, которые употребляют психоактивные синтетические вещества. Сюда относятся и спайсы, и кристаллы, и всевозможные курительные смеси. Например, первалерон. УФСКН в какой-то момент даже не успевали следить за потоком веществ, которые делались на его основе: мексипервалерон, бетапервалерон и многие другие. Благо, на сегодняшний день уже существует закон, который позволяет быстро определить нелегальность того или иного вещества. Но, честно вам скажу, вся эта синтетика – гидра посерьёзнее героина. При этом, если с героином всё более или менее ясно, то синтетические наркотики появляются чуть ли не каждый день новые. И таких веществ нужно не то, что опасаться – от них надо бежать со всех ног! Единственное употребление приводит к сильнейшей зависимости, от которой очень трудно избавиться. Из опыта лечения знаю, что всего один грамм первалерона по своему воздействию равен двадцати граммам кокаина. Цифры в этом случае говорят сами за себя.

– А сколько сейчас в среднем употребляющих на тысячу человек?

– Очень сложно точно сказать. Дело в том, что к нам попадают далеко не все наркоманы, поэтому назвать точное количество практически невозможно. Единственное, что могу сказать, что наркоманов за последнее время стало больше. Могу повторить слова Владимира Самовича – наркоманов больше, но выявлять стали мы меньше. Меньше, потому что они не обращаются в больницы, они не видят проблемы. Если наркоман сейчас попадает в больницу, то обычно он уже находится на самом краю обрыва, в терминальной стадии. Он уже фактически инвалид. Например, однажды позвонила женщина, судя по голосу, уже пожилая, и попросила помочь её сыну. «Он лежит, ему так плохо, у него язвы на голове, а живот венами покрыт». Если живот покрыт венами – это верный признак острого цирроза печени. А вот язвы на голове были вызваны каким-то серьёзнейшим осложнением. В таком состоянии люди, как правило, долго не живут.

– Если брать во внимание тех, кто обращается, сколько из них излечивается? Часты ли случаи возращения в общество?

– Вообще, всё очень индивидуально. Большая часть наркоманов даже не доходит до нас. В ряде случаев наркоман сам просто перестаёт употреблять. Мы можем встретить наркомана где-то в городе и не знать, что он употребляет. Например, был случай, когда я увидел «клиента» диспансера среди кандидатов в депутаты. И это только случай, когда я знал пациента в лицо. Если же взять десятерых, которые попали в поле нашего зрения, полностью реабилитацию проходит около половины. Но стоит отметить, что некоторые бросают лечение. Есть те, которые возвращаются за лечением. Повторюсь, ситуация может разниться от случая к случаю. Что касается повторного возвращения в общество, или ресоциализации, то очень хорошо, когда пациент пользуется «золотой формулой наркологии» – медикаментозная поддержка с последующим блокированием зависимости. Основная проблема заключается в том, что на наркотики синтетической группы на сегодняшний день нет блокирующих терапий. В таких случаях она заменяется реабилитацией. Сразу отмечу, что лечение наркозависмых может быть, в том числе, и анонимным – но только за деньги. Поэтому те наркоманы, которые могут себе это позволить (а часто это весьма обеспеченные люди) выбирают именно анонимное лечение. Их не ставят на учёт, не берут никаких документов.

– Вы упомянули, что среди пациентов был даже кандидат в депутаты. А какие слои населения больше подвержены пагубному влиянию наркотиков?

– Социальное положение не играет совершенно никакой роли. Наркоманом может стать как солидный и обеспеченный человек, так и простой студент. К примеру, особняком стоит проблема наркотиков в воинских частях. В это тяжело поверить, но даже в такой закрытой системе, как армия, встречаются наркоманы. Случаи торговли там уже неоднократно фиксировались, передают как-то. Эти случаи нередки. У меня был пациент, десантник. Высокий, красивый, полгода как уволился со службы. Его болезнь внешне даже затронуть не успела. Но психически – всё было очень серьёзно, его постоянно мучали галлюцинации. Вообще чаще к наркотикам прикладываются подростки 16-18 лет и люди от 45 лет. Это две возрастные группы, среди которых наркоманов существенно больше, чем в остальных. Есть один знаменитый среди врачей наркоман, ему уже за 70. Он, по его словам, лет с 14 употреблял вещества и продержался так долго. Не подумайте, это не реклама наркотиков, ни в коем случае. Просто так сложилась его жизнь.

– Как выглядит типичный наркоман в 2018 году? Какой у него психологический портрет?

– Наркомания – болезнь в некотором роде индивидуальная, люди могут быть совершенно разными в поведении. К примеру, есть существенная разница между наркоманами, которые сначала употребляли героин, а потом перешли на «кристаллы». У них ещё что-то осталось от «героинового» поведения, они ведут себя не так, как те, которые начали свой «путь» с первалерона. У меня был пациент, который рассказывал о своих ощущениях – по его словам он понимал абсолютно всё, но не мог противиться своим галлюцинациям. Он рассказывал после одного приступа, что бежал по улице в феврале практически голый и по его ощущениям, если бы прекратил бежать, с ним бы случилось что-то непоправимое. Поэтому практически все такие бегуны, которых показывают в новостях, чаще всего наркоманы. Душевнобольной из таких, в лучшем случае, один на две сотни. Синтетические наркотики, на самом деле, очень быстро съедают «социальную картину» наркомана. Он очень быстро теряет работу, быстро худеет, перестаёт ухаживать за собой, превращается в своеобразного бомжа. Героиновые наркоманы себе такого не позволяют. У них, как ни странно, интеллект сохраняется, в то время, как у синтетических рассудок просто испаряется. Так что психпортрет очень зависим от употребляемого вещества.

– Вячеслав Леонидович, всем известно, что такие наркотические средства, как никотин и алкоголь находятся в свободном доступе. Как вы считаете, они безопаснее запрещённых наркотиков?

– Опасны все наркотики без исключения! И от всех из них нужно бежать. Что с алкогольной зависимостью, что с наркотической, бороться не так просто. Хотя, мне вспоминается случай, когда во Владивосток приехал один американец и пришёл на реабилитационную встречу по системе «12 шагов». Они во всех странах проходят примерно одинаково. Когда на этой встрече очередь дошла до него, он встал и сказал: «Меня зовут Боб, мне 36 лет и я очень тяжело болен, я алкоголик». После он сказал, что в тот день у него был юбилей – он не пил уже 16 лет. Я даже не понял, как человек, который не пьёт себя 16 лет, считает себя алкоголиком? Но, тем не менее, это был его путь освобождения от такого, казалось бы, легального наркотика.

– Какой метод профилактики, по вашему мнению, наиболее эффективен?

– Семья, воспитание, спорт. Это самые эффективные вещи. Здоровый образ жизни нужно прививать с детства. Хотя я встречал и не самые мирные пути профилактики. К примеру, существует наркотик, который называется «лирика». В определённое время его можно было легко достать в аптеках. «Лирика» – нейролептик, который обладает сильным снотворным эффектом. Больше всего он был распространён в Кабардино-Балкарии и в Чечне. Но в Чечне он продержался не так долго. Чеченцы, как известно, народ гордый и не терпят таких грязных вещей, как наркотики. Поэтому в один прекрасный момент они просто с оружием прогоняли эту заразу из своего дома. Натурально, с оружием. В Кабардино-Балкарии борьба проходила более жёстко. Считалось, что наркотик оседает в тестикулах, поэтому просто оскопляли наркоманов. При этом искренне верили, что в теле больше нет наркотика. Но всё же лучше не прибегать к таким крайностям, а прививать правильные мысли и правильный образ жизни с детства.

Алексей Дорохов

Другие материалы рубрики "Интервью"
e1f6f4896c2972f02b748f612359e732ef8e9a0c.jpeg

Наставник шоу «ТАНЦЫ»: «Нужно иметь очень крепкую броню»

Егор Дружинин в интервью РИА VladNews

f2a4ab970fea4cfdfa3f5ea6862b3b6c79cfe9d2.jpeg

Владивостокские радиоведущие: На конкурс не за победой, а за знаниями

Команда шоу «Первая пара» на радио «Лемма» – в интервью РИА VladNews

ff1847be72c210c60c2e5e6fd5e4c0a3b9afbdb3.jpeg

Сергей Руденок: С моим характером – только шашкой махать

Режиссёр Приморского краевого драматического театра молодёжи – в интервью РИА VladNews